http://momentoamore.rusff.me/ Momento Amore Non Belli ru-ru Tue, 07 Apr 2026 23:03:57 +0300 MyBB/mybb.ru http://momentoamore.rusff.me/viewtopic.php?pid=32021#p32021 <p>. Это ощущалось больно, тяжело и будто бы часть себя выдираешь с корнем, безжалостно и не задумываясь. Лорел удивилась, что проснулась без головной боли, а после поняла, что всё ещё пьяна. Мысль позвать домовушку промелькнула и исчезла, а вот тихое довольство, что дома полно пусть мерзейшего, но отрезвляющего зелья, как и обезболивающих, изрядно успокаивало. Лори помнила прошедшую ночь до отвращения чётко, от чего могла лишь материться про себя от своей неспособности забыть. Потому как иначе было бы так просто продолжать «играть свою роль» по мнению Дена, а по факту пытаться проявить хоть какую-то заботу и поддержку в отношении младшего брата, что всегда считал себя лучше, круче и мудрее.<br />. Только был на самом деле умняшей с тонкой душевной организацией, слишком уж горделиво-острыми принципами и убеждениями. Придумал себе всё своё, а Лорелея вечно не могла удержать свой злой язык в своей же ядовитой клетке мыслей. В общем, и сама дура, виновна, что не сумели поладить, и хрупкая принцесса рыцарства да благородства слишком высокомерен оказался, чтобы понять и попробовать договориться. В общем, оба болваны, причём, вырасти не могут также синхронно, почти по-семейному, оба.<br />. Лорел усмехается жёстко, криво и абсолютно ужасно. Здесь нет ни следа девичьей нежности, кокетства с, сожги Мордред Мерлиновы панталоны, хихиканьем или даже простой иронии. Лишь насмешка над самой собой, а внутри ещё ярко-голубые, язвительно-нежные какого-то хрена глаза Деклана Уильямса и его слова. О Дене, о нём. Об их прошлом и, разумеется, о том, какая сама Лорел была в детстве, хм. Той, кто всё время старался заставить всех тянуться за её одобрением.<br />. Грёбанная память, и почему не забыла?! В детстве Лорелея в основном пыталась доказать, что не хуже младшего брата, после балованных одноклассников, да и Декса, который не всегда понимал, насколько свободен. Пусть и родители у него откровенно так себе, но доказывать что-то памяти ушедшей матери, что даже на магическом портрете с ней упорно не говорит. Эйдана вот пыталась разговорить, но тоже что-то не так пошло, в итоге и общалась периодически только с Бартеломью, пока тот не уехал.<br />. Глупо. Всё это целиком и абсолютно глупо, но как же иначе? Деклан послал воспоминания о матери далеко, кажется, уже и не больно? (<span style="font-style: italic">Хотя Лори, чтобы всё, уверена в наличии внутреннего крюка, который всё же Декса бьёт, стоит получше только в семейной истории покопаться, но кому какое дело?</span>) Самой же Лорелее такое и не снится, как было не наплевать на умирающего, в конце уже едва не уходящего в бред и тотальную потерю разума отца, как не наплевать и сейчас. Что на Эйдана, где все причины тревог ясны, что с Бартоломью и его дальнейшими планами на жизнь и почти «великосветскими» отношениями. Что глубоко не одобряла леди Антуанетта, но пока ещё терпела.<br />. А ей как-то всё никак оставить ничтожные призраки прошлого позади. Но рвота от зелий, далее ледяной душ, привычная пробежка кругом по ближайшему лесопарку и вновь чистка собственной пасти, душ, внеочередная смена. А после ещё несколько вне очереди. Два вынужденных выходных (впрочем, зелья для аптек в Нэрне тоже могут приносить неплохой доход. Особенно, если варить умеючи, да и с большим опытом), после ещё один марш-бросок по четыре смены. Подобным образом время летит очень хорошо, незаметно так, да и деньги внезапно появляются из разряда того, что некоторые зовут «лишними», но это просто потому, что Барти содержит в основном леди Антуанетта и его собственные первые заработки, а Эйдан, хлыщ обжаристо-лощёный, имеет честь играть в отшельника и выживать на старые запасы. Или, интересно, у авроров есть пенсия? А, неважно.<br />. Если что, знает, где, кого и куда пнуть, чтобы семья снова встала рядом с героем-одиночкой глупейшего фронта. Лори скорее больше удивлялась тому факту, что не только старая домовушка Эверардов, но и честно выделенный французский эльф-ворчун периодами заглядывал сообщить, что братец жив. И, не конкретизировано жалуясь на Эйдана, составлял список того, что «им» нужно, дабы мирно и прекрасно дальше жить в «том une maison de merde». Лори не сразу поняла, что старый хрыщ честно блюдёт все тайны братишки, умудряясь при том обеспечивать своему подопечному мастеру Дену нормальную жизнь.<br />. Удивила собственная реакция. Лори просто посмеялась и часто уже просто сразу давала, что нужно, а в итоге и вовсе поставила шкатулку, чтобы пользовался ею старый домовик с картавым акцентом. Правда, в результате произошла одна драка между эльфами, не поделившими, чей именно «подопечный» важнее, но и закончилась уборкой с финальным и весьма звонким чмоком примирения. Ещё бы после её домовушка не утроила усилия по «налаживанию жизни бедовой леди». Раньше Лорел бы изрядно разозлилась, а сейчас было всё равно. Спать не мешает, на работе услуги домовушки не нужны абсолютно, само жилище в порядке. Ну и что, что смен много? Ворчание старушки-консерватора даже как-то создаёт ощущение уюта и почти нормального дома.<br />. Тревожит больше скорее то, что заражённых ненормально много. И всё равно становится всё больше и больше, несмотря на что-то там в политике и бандитских разборках, Лори особо не вникала. Только поразилась, что не в одной Британии такая ерунда происходит. Массовые заражения накрыли прямо-таки волной Бельгию, Австро-Венгрию, докатились до Франции. Или наоборот? Чуть повёрнутый целитель Эверард не слишком вдавалась в детали, которых вечно требовал ДМП, пусть сами ищут ту секту одержимых психов, или как там магглы говорят? А ей нужно адаптировать несчастных к новому бытию, убедиться, что не представляют опасности выше средне-ожидаемого и отпинать тоже министерство дабы выделили нормальные места проживания новоклыкастым.<br />. С последним, правда, чаще всего оказывалось и проще всего. Начальник их отделения терпеть не мог спорить с Лорел, а уж как «обожал» слушать её язвительные монологи о недопустимой бессмысленности работы, то и передать сложно. Потому каждый раз обещал, отправлялся к политикам (кажется? Лори как-нибудь обязательно проверит) и успокаивал паранойю своих сотрудников и сотрудниц.<br />. Но командировка во Францию образовалась абсолютно внезапно. Мадемуазель Лорелея, как её слегка высокомерно звала леди Антуанетта, пыталась упереться, что и здесь у неё ещё куча дел и шерстяных пациентов, но кто бы послушал? И Лорел удручённо фыркала, что, несмотря на в разы увеличивающееся количество клыкастых, практически неуправляемых болезных, французам будто бы всё равно. Ещё и переработкам возмущаются! На работе!! Хлеще, чем многоуважаемая бабуля! А той ведь мешают выдать внучку замуж великовозрастную Лорел за приличного француза.<br />. Лори сходила с ума от безделья. Развлекали только встречи с младшеньким, что упорно пытался не говорить о своей прекрасной даме сердца, но забывался и проговаривался, несмотря на максимум стараний и на радость старшей сестре. Без адекватного для ситуации количества работы, конечно, скучновато было, но обнаружилась и какая-то прелесть даже в такой тихой жизни улиточных. Да и очередной кавалер от леди Антуанетты оказался вполне приличным. Даже поцеловались несколько раз, наплевав на ханжество стариков. А уж эта попытка устроить нормальное свидание, где никто не найдёт кроме магглов? Ещё круче.<br />. Правда, Лори не поняла, в какой момент всё пошло не так. Но почему-то подумала, что совсем не удивится, если увидит здесь не то, что Бартеломью, но Дена с держащим в уме какие-то инсинуации на её детское поведение Дексом.<br />. Хотя Лори даже честно и отстранённо перед ним даже извинилась. Бутылка виски ещё из старых запасов Эверардов и ряд зелий, что точно помогут в работе аврора, чем не повод отпустить старое? Ну и что, что переданы с домовушкой и письмом, в котором было всего лишь две строки.<br /><span style="display: block; text-align: center"><span style="font-style: italic"><strong>Прости уж за маленькую меня, чудесный «кролик». Я и сейчас та ещё дрянь.<br /></strong></span></span></p> mybb@mybb.ru (Melody Prewett) Tue, 07 Apr 2026 23:03:57 +0300 http://momentoamore.rusff.me/viewtopic.php?pid=32021#p32021 http://momentoamore.rusff.me/viewtopic.php?pid=32020#p32020 <p>Её руки в его волосах. Что чувствует? Забавный, странный вопрос, ответ на который не важен, глуп и очевиден, как и вся эта ситуация. Когда сам жив, стоит на коленях перед палачом семьи, мягко устроив безжизненные тела дочерей будто бы спать.<br />Нет ни ярости, ни облегчения, ни боли, ничего нет. Только сияющая пустота, что растекается по пространству вечной мерзлотой. Многим, вероятно, она покажется мерзкой, но и здесь всё гораздо проще: просто мёртвая. Осознание произошедшего, что-то похожее на действительное понимание происходит только сейчас. Под шутовские кривляние Кэтрин Бёрк, которая давно уже перестала быть великолепно неповторимой Кэтти, нечаянной любовью и той, кому вечно благодарен.<br />Эдгар поднимает голову и смотрит ей прямо в потрясающе красивые, но отчаянно безумные глаза. Спокойно смотрит, будто бы всё действительно всё равно. Попытки Кэт сыграть в мартышку, кося глазами на пустое уже место смерти Энн, не вызывают даже раздражения. Только усталость. Бледный призрак прошлого пытается поймать, доказать, но не может даже убить. Ведь, с ума сходя, радуется тому, как играет с ним. Будто доказывает что, идиотка малолетняя.</p> <p>А он что? Просто устал и хочет заснуть вместе со своими девочками, всеми тремя. Но стоит на коленях перед нежданным чудищем и слушает. Внимает дальше, а стоит? Или вспомнить, как дрался с тем самым «аврором-контрабандистом», одним из лучших друзей, когда тот проходился по младшей сестре? Опять и снова, но какой гадости ещё стоит? Бесполезно же в любом случае. Эдгар не забудет, после себя ещё сожрёт и прочие извращения, но пока спокойно смотрит, в конце концов роняя:<br /><strong>— Ты права. Может и стоило, может, и во всём, —</strong> встаёт, спина привычно прямая, взгляд уставший, прямой и всё равно не сломанный. Девочек больше нет. Ни Мелли-Карамели, ни Софи, ни Энн, которая должна была бы стать единственной любовью и светом жизни, только сам болван, подлец и далее по списку Кэт. Он встаёт, снова оказываясь выше неё, помнит, что, вроде как, раньше «его Кэтти» это нравилось. Как, в принципе, и висеть на нём, и дуэлировать: вроде как в шутку, но почти что по-настоящему. У них с Энн была большая гостиная, общая комната, но между Эдгаром и Кэтрин сейчас совсем не остаётся пространства, даже шаг сделать негде и некуда ближе.</p> <p>Только не хочется ни ступать ближе, ни бежать прочь. Просто, будто бы попрощаться? Очередная ерунда и ересь лезет в голову. Лбом упирается о чужой лоб, Эдгар отвечает на предыдущий вопрос. Перечислить друзей-соратников по жестоким играм? Зачем, может, ещё и начать с грёбанной морды Волдеморта? Простая, тихая улыбка, воспоминание. Лёгкое упоминание.<br /><strong>— Энн иногда морщила нос, что от тебя воняет псиной. Или волчатиной? Не знаю, но откуда начинать, становится понятно, —</strong> ладонью по чужой руке, пока не замирает на предплечье, где у всех пафосно-благородных служак тёмной морды метка рабства, снова и снова. Оттуда никого не перечисляет, незачем. Всё просто понятно, ровно также, как и бессмысленно. <strong>— Ты умная, пусть и месть твоя абсолютно пуста и непонятна. Но своего добилась, внутри выжгла человечье.</strong></p> <p>Тихо улыбается той равнодушной усмешкой, которой раньше не наблюдалось. Просто так самому понятнее и проще.</p> <p><strong>— Можно много бросаться словами, но стоит ли? Уязвить тебя, что твой брат был, но смысл? Всё равно так не считаю, — </strong>улыбка становится ухмылкой, пусть и по прежнему пустой. <strong>— Найду твоих друзей, что хлеще тебя выпачканы, отправлю в Азкабан. Как и тебя, в конце концов, почему нет? Мелли бы сказала, что «это честно и почти справедливо!», а Софи бы хотела убить побольнее, но, знаешь?</strong></p> <p>Вот теперь два шага назад.</p> <p><strong>— Это долг. Сегодня же я скажу своим девочкам «до свидания» и пообещаю управиться как можно быстрее и проще. Потом указанный выше план. Лишь после тихое самоубийство, —</strong> разводит руками, словно сломанная кукла Пиннокио. Смешно и, другим бы показалось, грустно, но, опять же, никого не волнует. <strong>— Убить меня сама же всё равно явно не смеешь, мстительница. Это ведь то, что придало бы тебе благородства, свернув всю месть в ничто да превратив тебя в обычнейшую маньячку без мозгов.</strong></p> <p>Он не завершает тем, что это ниже. Просто спокойно поворачивается спиной, уходит. Ступени, одна за одной, пока не сядет у ног своей действительно уже единственной любимой, прикрыв глаза и тихо, зачем-то вслух рассказывая любимые сказки девочек.</p> <p>Но всё это совершенно логично. Вечером и ночью, на сон грядущий дочкам всегда положена сказка.</p> mybb@mybb.ru (Edgar Bones) Sun, 08 Mar 2026 00:09:40 +0300 http://momentoamore.rusff.me/viewtopic.php?pid=32020#p32020 http://momentoamore.rusff.me/viewtopic.php?pid=31891#p31891 <p>Поганые сказки периодами охренеть как надоедают. Чтобы их любить, наверное, самой нужно быть трепетной принцессой пусть даже обедневшего, но самого древнего рода или как там ещё было? Королевства, империи или простой закрытой коммуны. А то и похищенным дитём какой-нибудь семейки из пророчеств, или же наоборот, спрятанным да обучающимся с малолетства.<br /> Впрочем, кого последним удивишь? Все нормальные семьи, представляющие какой угодно род, совсем не обязательно славящийся чистотой крови, начинают обучать не только своих наследников, но всех детей с самого раннего возраста. И сейчас Лорелея-Лори-Лорел смотрела бы с насмешкой на всё равно (и всё ещё) знакомое обезьянничество Деклана, но слишком устала. Потому лишь чуть дёргает углом губ в усмешке, совершенно спокойно садясь на крышу рядом, бестолково думает, что хочется курить, но лишь вытягивает ноги и достаёт оставшиеся после чумной смены галеты. Хорошо вот магглы с этими коробочками придумали, очень удобно.<br /> <strong>— Хорошо, —</strong> жмёт плечом Лори прежде, чем отправить в рот сухое печенье. Другое протягивает Уильямсону, заканчивая логичный ответ. <strong>— Значит, ныне будем видеться чаще.</strong><br /> Злиться, выяснять отношения, задавать бессмысленные вопросы в стиле «куда пропал?!», «чего отца не навещаешь? С мачехой и братом» или и вовсе скатываться в банальности вроде запоздавших личных соболезнований по поводу смерти супруги. Всё равно после искреннего сожаления нет-нет, да вырвется, что Декс не особо достоин был милой девочки, впрочем, как и её запропавший родственничек. Не то помер, не то просто сбежал, в детали было всё недосуг вникнуть, но Лорел искренне радовалась, что постоянные предложения выйти замуж прекратились, как и постоянные попытки доказать, что, сука, пожалеешь об отказе. Всё это неважно, а вопрос Деклана не удивляет совсем.<br /> В конце концов, у аврора Уильямсона весьма кусачая совесть, ещё с детства известно. А братишка-принцесса всё же был его напарником. Упорный, добился своего на беду, и, благослови магия Пирса со всей его нечистой кровью, едва не сдох героем. Теперь вот пытается осознать незряче свою новую внешность принца, заколдованного в чудовище. Уже из иной сказки про милых девочек, что очень любят читать и отца. Правда, кастинг на такую Лори ещё не проводила, на приданное братцу пока не скоплено, да и домишко на замок никак не катит.<br /> <strong>— Моя «охрана» такая тревожная, что его высочество Эйдан Первый не желает видеть рядом с собой дам. Особенно меня, но и на домовушку из родового поместья не согласен. Терпит только эльфийского ворчуна из Франции, —</strong> Лори на мгновение прикрывает глаза, однако заканчивает проще и без лишнего пафоса. <strong>— Более-менее в норме, привыкает. С тобой, вероятно, пообщается нормально, я же по старой памяти в роли злодейки. Не переживай, расскажи лучше о себе. Детей ещё не завёл?</strong><br /> Ей правда интересно. И немного тоскливо, потому как у неё это явно никто и никогда не спросит. Хотя, с другой стороны, вот и плевать на все подобные глупости.</p> mybb@mybb.ru (Melody Prewett) Sun, 14 Dec 2025 20:00:03 +0300 http://momentoamore.rusff.me/viewtopic.php?pid=31891#p31891 http://momentoamore.rusff.me/viewtopic.php?pid=31890#p31890 <p><strong>Melody Prewett</strong><br />здесь банально некем) можем жить долго и счастливо)</p><div class="hvmask" id="block-1"><p>[nick]Declan Williamson[/nick][status]кота манула так и тянет падать[/status][icon]https://upforme.ru/uploads/001c/1d/cd/4/461979.jpg[/icon][sign]<span style="display: block; text-align: right"><span style="font-size: 10px">я спою тебе песню о печальной любви,<br />о глухой королеве, о слепом короле...</span></span>[/sign][lzname]<span style="display: block; text-align: center">ДЕКЛАН УИЛЬЯМСОН, 31<br />pb, hogwarts, g'69<br />аврор в Министерстве Магии</span>[/lzname]</p></div> mybb@mybb.ru (Severus Snape) Tue, 09 Dec 2025 21:54:48 +0300 http://momentoamore.rusff.me/viewtopic.php?pid=31890#p31890 http://momentoamore.rusff.me/viewtopic.php?pid=31833#p31833 <p><strong>24 декабря 1996го</strong></p> <p><span style="display: block; text-align: right">Все города, моря и страны<br />Пепел укроет мягко, будто снег.<br />Где ты прошёл бесшумно рано,<br />Все твои раны видимы мне во сне.<br />Сын ничей, ответишь ли, почему<br />Ты никому не брат, никому не муж,<br />Что за горечь гонит тебя во тьму,<br />Радостно ли столько лет одному<br />Быть?</span></p> <p>Он бы и не узнал, что сегодня сочельник, если бы утром Рудольфус не прислал ему бутылку отличного бренди с красным бантом из атласной ленты и крошечной открыткой с лаконичным «Хо-хо-хо!» внутри. К Рождеству в семействе Лестрендж всегда относились с более чем умеренным восторгом (как и ко всему в этой жизни, впрочем). И в этом вопросе Рабастан не был исключением. Даже в детстве. Это маггловским детям нужны особые времена года для чудес. Быт юного волшебника и так ими полон. Как следствие, Лестренджи буднично отдавали дань формальностям. В доме появлялась елка, под ней – подарки, праздничный ужин, иногда приключалась парочка тематических званых приемов. Порой наведывались дальние родственники, отбывая положенную традиционную повинность. И в этом всем антураже безусловно был свой шарм. Но вот ту безудержную радость, которую принято испытывать, Лестрендж даже не пытался изображать. Хотя встречи под омелой, еще будучи совсем юным, он умел подстраивать как никто другой. <br />Хоть сколько-нибудь всерьез он занимался знаменитой Подготовкой к Рождеству дважды в своей жизни. В первый раз, поддавшись неведомому порыву, он делал это для своей новоиспеченной супруги, во второй – угодил в полный энтузиазма и задора ураган под именем «Гестия». В других случаях его участие чаще ограничивалось ценными советами по организации из какого-нибудь удобного кресла, в котором он уже попивал эгг-ног, словно чья-то почтенная прабабка. И вот теперь, спустя столько лет, он тщетно пытался припомнить хоть какое-нибудь, дорогое его сердцу, празднование, и отсутствие свежих, подходящих воспоминаний делу совсем не помогало.<br />В его памяти вся первая зима его новой жизни уместилась в те несколько дней, что он провел в доме Малфоев сразу после побега. Казалось бы, новый кругозор и спектр возможностей были не сравнимы с тем, чем он располагал последний десяток с лишним лет. Но в памяти отложились только те, самые первые дни, пока последовавшие за ними не смешались в одно большое размытое пятно. Это был январь и Рождеством давно не пахло, но память умеет вытворять и не такие фокусы. Кучка родственников под одной крышей, чудесный миг всеобщего единения и прочая елейная чепуха, щедро залитая сиропом. Удачная подмена за неимением чего-то действительно стоящего.</p> <p><span style="font-style: italic">- Моцарт переворачивается в гробу! – очень тонко намекает на его плохую игру Малфой.<br />Последние минут десять Рабастан лениво наигрывал на пианино все, что мог припомнить из своих занятий музыкой в бытность ребенком.<br />- Люциус! – укоризненно осекает мужа Нарцисса. Ее дом набит беглыми пожирателями смерти, и в любой момент сюда могут ворваться стражи порядка. А у них тут уютнейший камерный вечер при свечах, способный растрогать даже камень.<br />- Если ты смог его узнать в Этом, я не безнадежен. А вот эту знаешь?! – дразнит хозяина дома Рабастан и обрушивается на клавиши с новой мелодией.<br />- Белль уже спит. – сообщает Рудольфус, входя в комнату, и губы Рабастана невольно трогает веселая улыбка. Ему случайно стало известно, что старший брат подливает в вино супруги снотворное.<br />- Усмири своего братца! – взывает Малфой к Рудольфусу. Шутливо, но с долей пассивной агрессии.<br />- Мне не восемь лет!<br />- Тебе всегда восемь. - парирует Рудольфус, - …Он играет свою любимую партию докучливого младшего братца…Мерлина ради, Рабастан! Это преступление против музыки! <br />- Арестуй меня! – усмехается младший брат.<br />- Пусть играет! – вновь вступается за него Нарцисса.<br />Когда в разговоре «взрослых» всплывает имя Торфина Роула, вопрос вырывается сам. Странно, что он не вспоминал о нем раньше.<br />- Где сейчас Террус? – бесцеремонно встревает он в их разговор, не отрывая взгляда от клавиш.<br />- Уже лет четырнадцать на одном месте. – отвечает Малфой таким тоном, словно Рабастан спросил невозможную глупость. И на мгновение Лестрендж даже пускается в ненужные подсчеты, прекрасно зная, что они не сойдутся с исходной точкой затворничества Роула младшего. Да и откуда Малфою быть столь осведомленным?!<br />- …Его убили еще в восемьдесят втором.<br />Фальшивый аккорд повисает в тишине.<br />- Ты не знал все это время?! <br />Лестрендж хотел бы съязвить про плохую работу почты, но все еще таращится на собственные пальцы на черно-белых клавишах. Его руки так и покоятся на них, но он еще долго не сможет заставить себя прикоснуться к инструменту снова.<br />- Он был в доме Торфина, когда хитвизарды пришли за ним.<br />- Но Роул…<br />- Совершил популярный в те времена обмен. Стоит ли ворошить прошлое?!<br />- Малыш Террус был его любимым питомцем. – не без иронии в голосе поясняет Рудольфус.<br />- Торфин оказал сопротивление при аресте. Произошла потасовка, - объясняет Нарцисса.<br />- Слепой мальчишка и куча хитвизардов. Для тебя это сложное уравнение? – пренебрежительно бросает Малфой.<br />- Он тоже оказывал сопротивление? – зачем-то спрашивает Рабастан, почти зная ответ.<br />- Он прятался в одной из комнат. Возможно, пытался защищаться, кто знает. Это не вернет мальчика с того света.<br />Он словно впервые видит Нарциссу. Натянутую, словно струна. Последний нерв. В агонии тревоги за мужа и сына. Такие, как Нарс не созданы для войн. Вероятно, он смотрит на нее слишком сочувственно, вынуждая ее положить руку ему на плечо в каком-то успокаивающем жесте. От которого Рабастан взорвется. Он с грохотом захлопнет крышку пианино и громко выругается, уперевшись локтями об инструмент. Рука кузины на его плече не дрогнет. Повисшую тишину нарушит Рудольфус, невозмутимый и несгибаемый.<br />- Это было давно, Рабастан. Не драматизируй!</span></p> <p><span style="font-style: italic">- Как ты? – спрашивает он, когда они впервые остаются наедине.<br />- Это я должна тебя спрашивать, - грустно улыбается кузина. Лестрендж тепло улыбается ей и разводит руки для объятий.<br />- Мне не двенадцать лет, Рабастан.<br />- Хорошо, что Мне всегда двенадцать. – беззаботно отвечает он. <br />Она нехотя обнимает его, как десятки раз до этого в детстве, когда была чем-то расстроена или напугана. А он устраивает свой подбородок на ее плечо в тугом платье.<br />- Возможно ты уже не так веришь моим обещаниям, но…Все будет хорошо.<br />- Я волнуюсь за Драко. За Люциуса. За тебя, и Беллатрикс…<br />- Я не скажу Рудольфусу, - насмешливо шепчет он, но Нарцисса остается серьезной.<br />- Я волнуюсь за всех, Рабастан. Даже за глупую сестрицу, которая решила когда-то, что она слишком хороша…<br />- Остановись, пока я не зарыдал! – шутливо предостерегает ее Лестрендж. Но Нарциссе не до шуток.<br />- Я просто хочу, чтобы все это уже скорее закончилось. А она в это время по другую сторону?!<br />Они оба молчат какое-то время.<br />- С ней все будет хорошо, ma Petite Fleur…<br />Он звучит так уверенно, что почти сам себе верит. Рабастан не скажет Нарциссе о том, что не единожды виделся с Андромедой со времен ее побега. Не расскажет и о том, что не просто был на той преступной и предательской свадьбе, а отвел невесту к алтарю и по традиции лично «отдал» ее жениху. Хотя когда-то был готов ждать ее у такого же алтаря совсем в ином качестве.</span></p> <p>Андромеда Блэк. Его личный рождественский дух прошлых святок. Тонкий и смешливый призрак его романтичной юности.<br />Девочка, которую он знал всю свою жизнь, сколько себя помнил. Девушка, которой единственной на всем свете было позволено сокращать его имя и называть Станом. Потому что только из ее уст он готов был это слышать. Однажды Гестия внезапно решит опробовать это сокращение. И несмотря на то, что Лестрендж не предпримет никаких попыток ее поправить, и даже не будет как-то категорически против, что-то в его взгляде промелькнет такое, что попытка эта станет у Джонс первой и последней. <br />Много лет Андромеда была единственным близким и верным его другом и единомышленником. По иронии судьбы, именно Рабастан организовывал ее первые побеги в столь интригующий мир простецов. Сопровождал, чтобы не попала в неприятности, составлял компанию. И даже корчил из себя опытного гида первое время. Его услуги довольно быстро оказались невостребованными.</p> <p>Он нашел ее тем же летом. Через месяц, или чуть больше, после ее побега. Вернее, Она обнаружила его, вернувшись однажды вечером со своей новой работы. Он терпеливо подпирал витрину новой лавки Теда Тонкса в ожидании, одному ему известно сколько часов. В одной ее руке была сумочка, в другой – рука и прилагающийся к ней новый суженый. Не замечая в упор последнего, Лестрендж шагнул к ней навстречу, расплывшись в улыбке.<br />Из всех ее немногочисленных близких тем летом он стал единственным, не получившим объяснений. Не получившим ни одной весточки с уведомлением о ее намерениях. Они были лучшими друзьями всю свою жизнь, он лучше, чем кто-либо еще разделял ее взгляды на устоявшиеся предрассудки, но Андромеда не нашла слов для этого письма. Стоит ли упоминать, что леди пустилась в бега от одной лишь идеи об их помолвке?!<br />Они поговорили недолго. Когда, несколько взбудораженный его появлением, Тонкс, наконец, соизволил нехотя оставить их наедине. После невыносимо серьезных клятв Лестренджа «не взваливать прекрасную Медею на плечо и не скрываться с ней в неизвестном направлении». И более лаконичных уверений Андромеды, что все будет в порядке.<br />Он не упрекал ее, не требовал объяснений. Напротив, всем своим видом излучал дружелюбие и всячески демонстрировал, что принимает и уважает ее решение. Был сама любезность. Как всегда. Но они слишком хорошо знали друг друга, и едва ли ему удалось ее обмануть.<br />- Позови меня когда-нибудь на свою свадьбу, - сказал он ей уже уходя, чтобы почти год спустя ее приглашение выпустило из него весь воздух.<br />Он был единственным гостем невесты, не считая пары ее коллег из Мунго. Прибыл с другого берега Ла-Манша, чтобы бесцеремонно заявиться в комнату невесты перед самой церемонией под неодобрительный шепот собравшихся там подружек. Очевидно, взятых взаймы ради старой традиции, даром, что у жениха. Более привычных и знакомых лиц он там в тот день не встретил. <br />Рабастан произнес речь, и весь вечер не сводил с нее глаз. То и дело поглядывал на невесту, даже танцуя с другими. Они перемолвились парой фраз, когда и ему, наконец, достался танец. Он озвучил ей свои искренние пожелания и пропал из ее жизни почти на семь лет. Чтобы после одной случайной встречи в Косом переулке в конце семидесятых, пропасть из нее насовсем.</p> <p>После войны, когда она останется одна, он станет писать ей письма. Пообещав писать до тех пор, пока она не велит ему перестать. И не получив ни одной весточки в ответ, он продолжит это делать еще долгие годы. Она не найдет в себе сил ответить ему. А ему будет все равно, выбрасывает она его письма, или топит ими камин. Андромеда ни разу не ответит на его письма, но прочтет все до единого.<br />И он будет писать длинные письма. Смешные, колкие, пропитанные его иронией, которой ей, оказывается, так не доставало, и серьезные, вдумчивые. Ни о чем и обо всем, в своей уникальной манере, сочиняя поэтичные сказки из каких-то бытовых глупостей. Реже будет писать о тех, кого они оба когда-то знали. Однажды, он напишет ей о том, что у него родилась дочь. И бесцеремонно не побоится влезть в душу, посожалев о девчушке с лиловыми волосами, что встречал лишь раз в далеких семидесятых. Это будет жестоко, но честно. Потому что они оба всегда были не из тех, кто смягчает углы.<br />Однажды эти письма просто перестанут ей приходить. Сперва она будет ждать, что они так же внезапно возобновятся, но этого не произойдет. И она предпочтет думать, что ему просто наскучило писать в пустоту, но в глубине души она будет знать, что это означает лишь одно.</p> <p><span style="display: block; text-align: right">Что за бес морочит его?<br />Светлый и ласковый, как апостол<br />Он пел об одной, а пошел к другой<br />Видящей море на перекрестках</span></p> <p>Рабастан даже успевает удивиться собственным мыслям и тому, куда они его завели от невинных попыток припомнить хоть сколько-нибудь памятное Рождество. С другой стороны, разве сейчас не то самое время, когда стоит вспоминать дорогих тебе людей?!<br />В этом он когда-то поднаторел настолько хорошо, что обеспокоился бы за свой рассудок, не будь уверен в том, что уже безвозвратно его утратил. <br />Потому что Она снова и снова оказывалась там. В его камере. Сквозь сон он чувствовал, как она кладет голову ему на плечо, как касается пальцами щетинистой щеки. Слышал ее голос, но проснувшись, никогда не мог вспомнить сказанного ею. <br />И он видел ее наяву. Там она всегда молчала. Не сводила с него своих огромных глаз и казалась невыносимо реальной. Но Рабастан знал, что протянет руку и пальцы коснутся лишь холодных, сырых камней…</p> <p>Пора бы давно отказаться от пошлого выражения «в другой, прошлой жизни», иначе их скоро наберется столько, что Лестрендж исчерпает все отведенные ему реинкарнации. Это был семьдесят пятый..! Год, когда он впервые добровольно занимался всей этой подготовительной предрождественской чепухой. Водружал елку в гостиной и позволял Элли скупать все украшения, которые ей только приглянутся. И еще до самого февраля их дом выглядел как нечто среднее между лавкой старьевщика и норой нюхлера, но возможно впервые им обоим было настолько весело в этот праздник.<br />Иногда она была сущим ребенком. А порой он совсем не узнавал ее. Его дикий зверек вдруг становился леди. Волосы собраны в замысловатую прическу с каким-то немыслимым количеством шпилек, строгое платье и трезвый как никогда рассудок. <br />На светских мероприятиях она часто вела себя неподобающе, но это лишь веселило его. Особое удовольствие он получал от того, как она его ревновала. Она отлично осознавала свой новый статус и подтверждала его, стоило ей подумать, что кто-то посягает на ее территорию. <br />- Никогда ничего не бойся. Я не дам тебя в обиду. Никому. - повторял он.<br />Его подкупало то, как она всегда безоговорочно верила ему – кто еще, кроме поистине безумной, пошел бы на это?! И если на их первом приеме в качестве супружеской пары она всюду неотступно следовала за ним, едва ли не цепляясь за его рукав, то через полгода - как раз в рождественскую пору, смотри-ка! - цепкие пальчики уже крепко впивались в его плечо. Она оказывалась подле него мгновенно, стоило ему завести беседу с представительницами прекрасного пола. Статная, уверенная. Хищная. Она вставала на цыпочки, клала острый подбородок на его плечо и шептала ему в шею что-то совсем неподобающее месту и времени, игнорируя его собеседниц. И он увлекал ее в пустой зимний сад, или анфиладу коридоров, где, отыскав укромное место, они не могли надышаться друг другом словно подростки. <br />Но те дни сменялись другими. Когда те проклятые розы, что всюду преследовали его, вырастали за одну ночь в их саду, сплетаясь в непреодолимый купол, что не пропускал солнечные лучи и свежий воздух, и отрезал их от всего остального мира. Не войти чужим, не сбежать добровольным пленникам. <br />Сколько тогда ему было? Двадцать два?! Только сейчас он понимает, каким, несмотря на весь его бурный опыт, был незрелым мальчишкой. Больше – лишь самонадеянным. Впрочем, когда страх совершить ошибку делал с людьми что-то стоящее?! Carpe diem! И ни о чем не жалей!</p> <p>Спустя пару лет, субтильная его и трогательная в своей хрупкой беззащитности, Элли начнет кидаться на него, словно хищный зверек. Ярость будет сменяться неуклюжими ласками, и вновь гневом. Пока однажды от нее не останется ничего, кроме безвольной оболочки. И тогда он даже невольно затоскует по тем неумелым пощечинам и колючим кулачкам. <br />Но до того, в те, когда-то еще неплохие времена, он будет рьяно оберегать ее от всех невзгод и нежно целовать тонкие пальцы. И будет много ее рисовать. Спящую, читающую. Охотно позирующую ему, попутно что-то ему увлеченно повествуя. Он сожжет все эти наброски в камине на первом этаже, через пару месяцев после ее смерти. Все до единого. Во всем его доме от юной миссис Лестрендж останется единственное зримое напоминание – небольшой портрет руки Лавуа, написанный в семьдесят пятом. Да еще сундук с одеждой, что его домовик любовно припрячет на чердаке невесть только зачем.</p> <p><span style="font-style: italic">- В такие дни мне жаль тебя. – шепчет она едва слышно.<br />Свернувшись клубком, словно стараясь стать еще меньше, чем она есть, Эллинор лежала в его объятьях на кровати. Он прижимал ее к себе так крепко, словно стоило ему ослабить хватку, и она совсем исчезнет. Он немногословно протестовал и целовал ее в макушку.<br />- Ты заслуживаешь кого-то другого. С кем быть легко и радостно. Хотя стоит мне о ней подумать, и я хочу разорвать ее на части.<br />- Вот поэтому мне и не нужен никто другой.<br />- Тогда ты еще больше безумен, чем я. – шутит она и сама слабо смеется над своей шуткой.<br />- А кто не безумен?! – отвечает он серьезно. И она сжимается еще сильнее.<br />- Я с тобой. – повторяет он в тысячный раз, - Я здесь. Я настоящий. И никому не дам тебя в обиду.<br />- Я боюсь, что ты уйдешь однажды.</span></p> <p>И он оправдал все ее ожидания. Нарушил все обещания. Он стал пренебрегать ей. Скрашивал свои вечера чужими женщинами. Живыми. Но потом возвращался домой и она ненадолго выныривала из своего оцепенения, чтобы вновь словно в детстве прижаться к нему. Сперва это разбивало его сердце, но ближе к концу он небрежно гладил ее по голове и, безразлично выждав необходимое ей время, возвращался к своим делам.</p> <p><span style="font-style: italic">- Вернись ко мне..! <br />Но она смотрит своим пустым взглядом мимо него. И тогда он с силой вздернет ее подбородок вверх, чтобы она не отводила взгляд.<br />- Ты помнишь, кто я?!<br />Но Элли отводит взгляд, и тогда он тряхнет ее за плечо так сильно, что услышит, как звякнут зубы, и едва не собьет ее с ног.<br />- Прости меня! – спохватывается он мгновенно и прижимает ее к себе. Она безвольно позволяет себя обнять и даже безучастно прильнет к его груди, лишь еще больше надрывая ему сердце.</span></p> <p>От этих воспоминаний серебряный брегет с гравировкой в его нагрудном кармане прожигает дыру в ребрах. Ну разве Рождество и впрямь не самая дивная пора..?!<br />Ему хочется остервенело швырнуть что-нибудь. Сломать или разбить. Хочется вопить. Но он мрачно идет дальше с самым своим безмятежным выражением лица, на какое только способен. С зияющей дырой во всю грудь, в которой задорно свистит ветер.<br />Он вновь и вновь убеждается: Жизнь - вечная Диккенсиада. «Никакое тепло не могло его обогреть, и никакой мороз его не пробирал. Самый яростный ветер не мог быть злее Скруджа, самая лютая метель не могла быть столь жестока, как он, самый проливной дождь не был так беспощаден. Непогода ничем не могла его пронять…» <br />Духов Рождества в избытке, чудесного исправления не запланировано. Вторых шансов не существует. <br />Сумрачная фигура, неспешно пересекает пустые улицы.<br />Антракта не предусмотрено.</p> <p><span style="display: block; text-align: right">Знаешь ли ты, как надо<br />Жить с опустевшим адом,<br />Где каждый вооруженный – всего лишь тень?<br />Знаешь ли ты, как страшно<br />Падать с проклятой башни<br />На мясорубку улиц и площадей?</span></p> <p><span style="font-style: italic">- Разве не этого ты хотела?! – он грубо притягивает ее к себе, больно сжав запястье. Вторая рука забирается под юбку.<br />- Не так. Мне больно!<br />Взгляд у него холодный и непривычно злой. Пальцы пробираются вверх по полному горячему бедру, пока не добираются до кружева ее белья. Она хватает ртом воздух, но больше не пытается вырваться. Дейзи Гойл. Его свояченица когда-то так отчаянно хотела его заполучить. Сперва в свою постель, позже в мужья. Когда-то она была признанной красавицей, и еще недавно и впрямь казалась ему симпатичной. А теперь напоминала поросенка с какой-нибудь утрированно миловидной иллюстрации. Глупые широко посаженные глазки, вздернутый носик, круглое личико. Пухлые, словно у ребенка, белые пальцы беспорядочно скользят по его рубашке. Лестрендж не сдерживает смешок.<br />- Так ты очаровываешь своих кавалеров?! <br />Рабастан был достаточно искушен к моменту своей женитьбы. Познания же Эллинор сводились к грязным прикосновениям Гойла, и попыткам ее сестрицы потешаться над ней. Лестрендж задним числом насмотрелся на них с лихвой. <br />Его пальцы все грубее впиваются в ее запястье. Дейзи вскрикивает, но ее лицо все равно стремительно приближается. Опущенные веки подрагивают в притворной истоме. Рабастан уворачивается от раскрытых коралловых губок…</span></p> <p>Удар. Редкий прохожий, спешащий навстречу, сильно толкает его плечом и едва не сбивает с ног. Он принимается извиняться. И Рабастан, так бесцеремонно и внезапно вырванный из собственных воспоминаний, непонимающе таращится на него невидящим взглядом. Пару секунд он смотрит на снеговика на идиотском свитере под расстегнутой курткой незнакомца, и уходит прежде, чем тот замолкнет. Из всего сказанного он различает лишь пожелание Счастливого Рождества, что летит ему вдогонку. И пройдя еще метров десять, Лестрендж слышит слабый смех. Свой собственный и чужой одновременно. И оттого еще более безумный. <br />Счастливого Рождества..! <br />- Боже, благослови нас всех! – ерничает Лестрендж словами Малютки Тима внезапно для самого себя вслух. И ровно на этих словах, его трость, о присутствии которой он уже научился забывать, клацает по тротуару чуть громче, чем прежде, привлекая к себе его внимание. И когда Рабастан осознает всю иронию до конца, из его груди снова рвется смех. </p> <p>Гойлы…Из всей его пестрой, сумасшедшей родни..! Кто бы мог предположить, что он пронесет за пазухой эту войну на протяжении стольких лет?! Точно не Рабастан. <br /><span style="font-style: italic">Он покрывает ее шею поцелуями. Правая рука все еще удерживает талию, левая уже скользит по внутренней стороне бедра под ворохом юбок. Уверенно, но медленно, заставляя юную невесту Гилберта томно изгибаться в его руках. С этой он будет почти нежен. <br />Черные пряди волос выбились из прически и разметались по покрывалу, острый подбородок вздернут вверх. Он берет ее грубо и неспешно, тщетно пытаясь прогнать из головы образы, что подсмотрел в памяти Эллинор при помощи легилеменции. <br />Будущая, без пары недель, миссис Гойл - миловидная и миниатюрная девчонка лет восемнадцати. И Гилберт впервые за много лет, так искренне к кому-то привязан. Разве это не трогательно?! Внизу в это время Элоиз уже отдает Рабастану долг, отправляя на поиски пропавшей невесты ее будущего жениха, и всю его семейку заодно, разыгрывая неподдельное за нее беспокойство.</span><br />О, то были такие невинные детские шалости..! Пройдет год, и он будет обходиться с людьми гораздо хуже. И речь вовсе не о жестокости приспешника Темного Лорда на службе великой цели. Руди станет пренебрегать их дружбой с Элоиз. И Рабастан займет его место. <br />Пройдет два года – и не останется и следа от той черты, что разделяла когда-то тех, кто близок и дорог, и тех, кто просто стал жертвой слепого жребия или случая. Разницы не станет. Всех в огонь! <br />Теперь Лестрендж смеется в голос. Разве не дивный вышел каламбур?! Миссис Гойл была тогда прощена. Столь удачно, чтобы спустя почти двадцать лет оплакать горстку углей. Но кузен Гилберт, какими бы хорошими приятелями они с Рабастаном не были в юности, никогда не был важен. Никогда не был значим. Он скорее пример скучной злопамятности, нежели истинного падения Лестренджа на дно моральных ориентиров и ценностей.<br />Рабастан никогда не был добряком. Его моральный компас не указывал не север, он легко играл словами и смыслами, переворачивая любые идеологии и общепринятые ценности с ног на голову. Но Элоиз пробуждала в нем что-то большее. И что-то куда более худшее. И тогда он бросил в пламя Эстер. Без раздумий и сожалений. Просто, чтобы порадовать свое злое Божество, которое его за это же и высмеяло позже. </p> <p>La pauvre Esther..! Когда-то они с Лестренджем учились вместе, но никогда не были особо близки. На старших курсах красавица слизеринка шокировала общественность тем, что встречалась с самым нелепым парнишкой из их потока. Чудаковатым, всклоченным хаффлпафцем, тощим и ростом с гипогрифа. Это ли был не пример истиной любви из старых сказок?! Тех, где несчастные Королевы рано или поздно роняют слезы над отсеченными головами любимых шутов и бедных менестрелей. К первой же их с Лестренджем встрече после выпуска, Эстер оказалась замужем за куда более практичной партией. И та самая Партия оказалась до зубной боли скучной и унылой. Супруг Эстер чем-то приглянулся Элоиз, но имел неосторожность отвергнуть ее, заурядно оказавшись верным мужем. И тогда отвергнутая женщина затеяла новую игру. В которой, недавно овдовевшему, разбитому и мертвому на треть, Рабастану, и без того увлеченно занимавшемуся саморазрушением, попутно утаскивая в бездну всех, кого только сможет, Ей даже не пришлось отдавать команду. <br />Он был рад увлечься тем пари. Ему пришлось так долго завоевывать ее. И возможно, Эстер никогда и не купилась бы на это, не сменись его долгая и продуманная осада неподдельными чувствами. Возможно, не первый раз в жизни, именно искренность ее обезоружила. И подвела. Рабастан уговорил ее сбежать. Бросить ее прекрасного и честного супруга. И сам успел позабыть, что толкнуло его в ее объятья. <br />Впервые за долгое время ему не нужно было «сражаться». Беглая миссис Монтгомери была той самой Тихой гаванью, о которой все твердят. Но его Божество потребовало новой крови. Он мог отказать. Возможно, навлек бы тем самым пару стихийных бедствий на их головы, но он мог воспротивиться. И не стал. <br />Доказывая Элоиз, что вовсе не размяк. Доказывая что-то самому себе, он без раздумий и лишних сожалений предал ту, что почти успела его спасти. И вновь демонстрируя что-то и сам точно не зная кому, постарался сделать еще больнее. Даже припомнил разбитое ею когда-то сердце влюбленного хаффлпафца. Словно ему когда-то было до него дело. Попутно ткнул ее в ее же исповедь о том, как не сбежала она когда-то с тем, кого любила. Но теперь сбежала с Ним. С тем, кому верить явно не стоило. <br />Так в костер обманутую и преданную любимым, ведьму!<br />Гори ярко! </p> <p><span style="display: block; text-align: right">Дочь ничья под горькой и злой Луной<br />Выросла и стала ничьей женой:<br />Радостной, безудержной, хмельной.</span></p> <p>- Все равно однажды обратишься в прах. Так пока есть время, гори ярко! – сказал он однажды Джонс в какой-то из их бесед о вечных смыслах.<br />Догорающий камин. Тишина, полумрак и виски из горла. Он любил, когда она оставалась у него. Его забавляло, как ее ненадолго меняло новое место. Они могли проговорить до утра, пока кто-то из них первым не проваливался в сон.<br />«Гори ярко!» Он произнесет это с улыбкой, одними губами. Когда на единственную, сотую часть секунды встретится с ней взглядом, уже конвоируемый из зала суда в последний, предположительно, свой путь. В следующий миг его взор обратят в пол грубым толчком в затылок.</p> <p><span style="font-style: italic">- Ты ограбила продуктовую лавку? – Лестрендж с неподдельным удивлением взирает на огромную гору продуктов на столе в доме Гестии. <br />- Это для праздничного ужина. – кричит Джонс из соседней комнаты.<br />- В семье зайцев?! – иронизирует Рабастан, скептично окидывая взором количество овощей.<br />- Гвен едет на каникулы.<br />- Надеюсь, каникулы у нее длинные.<br />- Почему?! – Джонс выныривает в дверном проеме.<br />- Я давно не видел Гвен, но последний раз она была раза в три меньше этой продовольственной кучи. Тяжелая ей предстоит неделька…Мм! Пти Вердо семьдесят второго?! У крошки Гвен хороший вкус!<br />- Вообще-то..! Я хотела предложить Тебе составить нам компанию. Если у тебя нет никаких других планов.<br />- Если и были, к черту их! Я приду. – мгновенно соглашается он.</span></p> <p>Он не придет. Застрянет до утра у, расклеившегося внезапно больше обычного, Роула. Появится лишь утром. Несвеж и небрит, но с неприкрыто напускным налетом праздничного настроения, кучей подарочных пакетов и огромным свертком, в котором даже трехлетка опознает силуэт новенькой метлы.<br />Но он проведет с ними следующее Рождество. Безумие - попав в ее дом во второй раз и узнав его, Лестрендж не мог и подумать, что будет третий. Но пройдет почти четыре года прежде, чем все закончится. И быть может причиной тому станет та самая, - какая удача! - исчезнувшая незадолго до ее появления в его жизни, Черта. Ведь все равно однажды обратишься в прах…<br />Он и самому себе никогда не смог бы ответить на вопрос, что он нашел в Джонс. Кроме бойкого нрава, острого ума и некоторых талантов, куда не ткни, в остальных вопросах она была едва ли не противоположностью его привычного типажа. И хотя он с лету смог бы перечислить не меньше дюжины ее самых выдающихся достоинств, он не смог бы назвать и одной, самой примитивной, причины, почему не готов был с ней расстаться так же легко, как со всеми былыми своими влюбленностями. Почему именно Ее он не был готов отпустить. Ни в одной системе координат эти двое не должны были встретиться. Стоит ли говорить о шансах на хоть какие-то крохи взаимных симпатий?! Но это была Гестия Джонс. Сама Война в армейских ботинках. Удивительная и непостижимая. Девушка, которую в кои-то веки не нужно было бесконечно спасать и оберегать, и носиться с ней, как с хрупкой чашкой из японского фарфора. Та, что, как и многие до нее, поддалась его обаянию, но в отличие от них, продолжала упрямо ему не верить. И не стоило ей сбиваться с выбранного курса. <br />И ссорились они едва ли не больше времени, чем проводили в мире. И недоговаривали друг дружке больше, чем успевали поведать. Но того самого заветного Настоящего, с которым все вокруг так носятся, в них все равно было больше, чем в любой самой идиллической парочке. </p> <p><span style="font-style: italic">- Тебе что, семь лет, Джонс?! Не существует никаких добра и зла. Мир не делится на черное и белое. Есть только твой выбор в каждой конкретной ситуации. Выбор и его последствия, за которые ты берешь ответственность.<br />- Учебник по философии от Рабастана Лестренджа. Есть объективно хорошие поступки и есть плохие…<br />- Что норма для совы - агония для мыши. <br />- Это другое.<br />- Вовсе нет. Всегда так было и будет: Выбери себя или кого-то еще. Это не всегда «Убей или Умри». Урон может быть разный. Но он всегда есть. И я настоятельно рекомендую тебе всегда выбирать себя. Самопожертвование переоценивают. Как и это твое Добро.<br />Джонс усмехается.<br />- Я вовсе не добрая.<br />- Хорошо. – пожимает Рабастан плечами, - Значит, мы не такие уж и разные.</span></p> <p><span style="font-style: italic">- Я уже не нравлюсь тебе так, как раньше. Но я знаю тебя, Джонс. – самодовольно усмехается Рабастан годы спустя. <br />- Пошел ты..!<br />- Стоит ли ломать комедию с этой поруганной добродетелью?! – он подходит к ней вплотную, и говорит уже тише, - Признай, мы не такие уж и разные! Разве мы не стоим друг дружки?!<br />- …<br />- Подумай, поразмышляй на досуге…и признайся уже самой себе, что ты не Добро в сияющих латах! Ты Война, Джонс. Ни добро, и ни зло. Карающий меч. И ты научилась выбирать себя. Так в чем я был так сильно не прав?!</span></p> <p><span style="display: block; text-align: right">Мы одной боли, одной крови<br />И, к тому же, в одной секте,<br />Тех, кто мог спасти этот мир,<br />Но нечаянно и тихо…<br />Сотри мои слезы, обними.<br />Я иду туда, где выход.</span></p> <p>Когда-то Рабастан романтизировал горящие окна, скрывающие чьи-то крошечные мирки. Оберегающие чужие тайны. Те, что непринято являть соседям и друзьям. Те, что остаются за задернутыми занавесками и закрытыми дверьми. Только там, как утверждал он, жизнь протекает правдиво и честно. Перед обществом же все хотят выглядеть хоть чуточку лучше, чем они есть. <br />Когда-то он даже выдумал для Гестии игру. Провожая ее впервые, он поделился с ней этой своей теорией. О «спальнях, в которых не врут». И по пути до ее дома они выдумывали те самые миры тем редким окнам, в которых еще горел свет. А будучи взрослыми, очень пьяными и достаточно озлобленными, формулировки они подбирали острые. Тем лишь чудней вышла игра. В их версии окна скрывали сплошь прелюбодеев, лжецов и негодяев с очень насыщенной жизнью. Реже встречались пылкие юные влюбленные и разного рода неприятные личности и зануды. Даже безобидные версии Гестии, Рабастан норовил опошлить каким-нибудь дополнительным фактом. Одно окно Лестрендж для разнообразия отвел трогательной паре старичков, проживших вместе всю жизнь. Но эту версию вместе с его внезапной сентиментальностью высмеяла уже Джонс.<br />Теперь эти окна в отместку следили за ним, словно хищные глаза притаившихся в темноте чудовищ. Он ушел из дома на другом конце Британии еще до полудня. Лестрендж понятия не имел, сколько сейчас времени, и не прикоснулся бы теперь к своим часам. Судя по отсутствию людей на улицах, достаточно. Для чего бы то ни было. <br />Кажется, он обошел чертов Лондон вдоль и поперек. Даже, сам того не планируя, добрел еще в сумерках до своего старого дома. Одному Мерлину известно, какая магия законников обрушится на того, кто в него сунется. Поэтому Рабастан бессмысленно простоял достаточно долго перед воротами, глядя пустым взором в не горящие окна. На прощание он протянул было руку, чтобы коснуться кованной решетки ворот, но в дюйме от чугунных, черных завитков передумал. И так и не осмелившись, побрел дальше. Все дороги всегда ведут в порт.<br />Он бросит взгляд на то заветное крошечное, слуховое окно. В нем будет гореть свет и Рабастан потратит добрые полминуты, раздумывая, не направиться ли ему туда. Но пойдет к воде. Хотя продрог так сильно и так давно, что перестал обращать на это внимание.</p> <p><span style="font-style: italic">Она вышла к нему под дождь. Рабастан стоял на самом краю пирса. Руки в карманах, взгляд устремлен куда-то за горизонт, словно он был различим. Вымокший до нитки в этом своем нелепом костюме-тройке.<br />- Привет, Ведьмочка! – произносит он громко еще до того, как она поравняется с ним, словно может чувствовать ее спиной. <br />- Ты ведь не топиться собрался?! Я не буду тебя спасать.<br />Он бросает на нее веселый взгляд, призванный выразить разом и его благодарность, и сарказм на предмет ее трогательной заботы о нем. Джонс мгновенно определяет, что в этот раз Лестрендж мертвецки пьян.<br />- Оу. Да вы, Сударь, в слюни! …И это помогает? <br />- Что именно?<br />- Не знаю. Что ты, вообще, тут делаешь?<br />- Напиваюсь в компании неотесанных лондонских гаменов по большей части.<br />Он шлепает по небольшой луже под ногами.<br />- …Подожду, пока наберется хотя бы по колено и попробую Твой план.<br />- Тебя давно не было видно.<br />- Соскучилась? – ерничает он равнодушно, скорее по привычке. Джонс лишь закатывает глаза.<br />- Тут дождь идет. – констатирует он вдруг, - Я бы предложил тебе свой пиджак, но боюсь от него будет только хуже.<br />- А сам твердо решил промокнуть? <br />- Сразишь меня еще одной шуткой про мою благородную задницу?! – перебивает он ее.<br />- Твоя задница меня интересует меньше всего.<br />- А вот сейчас было больно!<br />- Девочка, которая будет рада тебя пожалеть, осталась там - указывает Гес через плечо на старый ангар, - Нравятся маггловские девчонки?! Разве ты не из одной из этих семеек, которые сводят своих отпрысков только с себеподобными?! <br />- Как породистых песиков. – улыбается Лестрендж, - Исчерпывающие познания..!<br />- Нет, серьезно! Тебе подобрали какую-нибудь милую невесту? Ты женат? Твоя миссис тоскует где-то, пока ты тут Бобу ручки целуешь?!<br />- Кого ты потеряла?<br />- Что?!<br />- Что?! – передразнивает он.<br />&lt;…&gt;<br />- Мы говорим не обо мне.<br />- Так давай поговорим о тебе!</span></p> <p><span style="display: block; text-align: right">Приползти на локтях<br />Через все рубежи<br />И условные линии,<br />Не взорваться сверхновой<br />На нейтральной земле<br />Без особых причин<br />Мне хватило бы слова,<br />Хватило бы слова.<br />Только ты не зови меня.<br />Молчи.</span></p> <p>Фигура у воды вдалеке крошечная, и принадлежать может кому угодно. Только вот у Лестренджа сомнений не возникает. Будто об этом месте кроме них двоих во всем мире и не знает никто. Даром, что сочельник, и разумный люд доедает праздничный ужин по своим домам, да распевает хоралы у жарких каминов. Или он просто опять повредился рассудком и видит то, чего нет. Что из этого хуже, вопрос спорный. <br />Он разрывается между порывом остановиться, как вкопанный, и желанием ускорить шаг. Вероятно, самым верным решением было бы развернуться и пойти прочь, но он шел сюда так долго. Во всех, черт их побери, смыслах.<br />Все они. Те, кого он вспоминал сегодня, и еще целые толпы других, о которых забыл. Длинные списки самых безумных причин и все, что когда-либо с ним случалось. Все это так или иначе привело его к Ней. Однажды, и снова. И видимо, приведет еще добрую дюжину раз, если никто из них раньше не успеет отправиться на тот свет. Ну или в Ад, что все пророчит ему Джонс. Привели его тем самым и именно таковым, каким он ей, по ряду самых безумных причин или при полном их отсутствии, оказался нужен в ту пору. И все они сделали его тем, кто отчаянно нуждался в ней, сам того не подозревая. <br />Он все еще не знает ответов на все вопросы, но оно и к лучшему. Знания всегда все только портят. Ноги сами продолжают нести его вперед. Так моряки когда-то попадали в плен к сладкоголосым сиренам. Ну так Йо-хо-хо..!</p> <p><strong>- Мы становимся жутко предсказуемыми! – </strong>громко произносит он вместо приветствия, когда подходит достаточно близко, чтобы она смогла его услышать. Дикция едва заметно, но очень неожиданно его подводит – все это время он не замечал, насколько сильно замерз. Замерз слишком сильно и для любых резких движений, потому даже не предпринимает попыток подстраховаться на случай, если Джонс надумает с ним сражаться. Впрочем, сегодня ему решительно все равно. Он окончательно и бесповоротно пуст. Выжженное пепелище, припорошенное снегом по ту сторону синих глаз. Даром, что впервые за чертову тучу времени внутри него затеплилось хоть что-то в тот самый миг, когда взгляд выхватил ее фигурку на пирсе. Пошлые и смехотворные рождественские чудеса, не иначе.<br />За сегодняшний день он припомнил едва ли не поминутно добрую половину своей жизни. Был так остер в формулировках в своей безмолвной браваде, обращенной к самому себе. Теперь же в его голове не осталось ни единой мысли. Стоило бы пожелать Счастливого Рождества или выдать какое-нибудь искренне-дежурное «Я рад тебя видеть». Стоило не нарушать ее одиночества вовсе, чем вот так молча таращиться, стоя в паре метров от нее в самом неподходящем для них месте, и единственном, очевидно, где они вообще могут проживать эту жизнь хоть сколько-нибудь стояще. Все это чертовски странно и неуместно. Но он действительно рад быть здесь. В это мгновение. Замерзший, усталый и пусть совершенно пустой и косноязычный. Какой бы то ни было. </p> <p>У него однажды было столько времени, что не сосчитать. И тогда он в основном тратил его на написание писем. Не имея бумаги и пера, он писал их в своей голове, обращаясь к тем, кто был ему когда-то дорог. Излагал в пустоту красивые и остроумные конструкции из слов, призванных донести до воображаемых адресатов столь важные его мысли и чувства. Но ни разу позже, завладев такой возможностью, он не предпринял попытки повторить хоть часть тех слов и признаний. Донести до адресатов на самом деле то, что когда-то, еще относительно юному и похороненному заживо, Лестренджу казалось хоть сколько-то важным. Словно слова, произнесенные вслух, или положенные на бумагу, обесценивали все те чувства и мысли.<br />Душевные порывы тоже стоят немного. Это он отлично знал. Когда ненавистные стены рухнули, и когда он вновь предстал перед своим освободителем, Лестрендж впервые преклонил колени по собственной воле. В искреннем порыве благодарности. В нем же впервые припал губами к бледной руке, не вспарывая нутро собственной гордости. Наваждение прошло довольно быстро, оставив послевкусие похуже прежнего, когда все эти ритуалы он совершал, повинуясь и против своей истиной воли.<br />Так что остается?! Молча взирать, не в силах сдвинуться с места?! Сегодня в нем не осталось ничего. Ни сил на загадочную улыбку чеширского кота, ни последних крох веселья, чтобы фонтанировать с напускным энтузиазмом даже самыми несмешными пассажами. Поэтому все, что он произнесет, уместится в одно короткое, очень спокойное и искреннее: <br /><strong>- Как ты, ma cherie?</strong></p> <p>Последний дух будущих святок затерялся в пути. Будет ли это мрачный жнец или шумная девчонка, которая много лет спустя будет все так же врываться в их дом, нагрянув в гости, словно по привычке на каникулы. Неизменно без предупреждения, сбежав с очередных своих чертовски важных сборов, и привозя с собой хаос и, видавшего лучшие времена, плюшевого зайца в чемодане.</p> <p><span style="display: block; text-align: right">Все, что ты знала, но не рассказала мне<br />О пустоте поездов и вокзалов<br />О неизбежности боли и нежности<br />О невозможности встреч<br />Храни ее город святых и отчаянных<br />Полный трамваев, огней и случайностей<br />Я наполняю бокалы молчанием и отпиваю на треть</span></p> mybb@mybb.ru (Rabastan Lestrange) Sun, 27 Feb 2022 23:30:18 +0300 http://momentoamore.rusff.me/viewtopic.php?pid=31833#p31833 http://momentoamore.rusff.me/viewtopic.php?pid=31823#p31823 <p><span style="display: block; text-align: right"><span style="font-family: Century Gothic">А ты возьми его под крыло, Птица<br />Не то считай пропал твой рыцарь</span></span></p> <p>- Это мой брат Декс. Декс, это Мэри.<br />- Очень приятно. - Кэттермоул вежливо улыбается и протягивает руку, но темноволосая волшебница смотрит на нее так, словно он направил на нее оружие. <br />Она быстро совладает с собой и неуклюже ответит на его жест, вложив в его ладонь свою похолодевшую, чуть влажную, узкую кисть, и выдавив из себя перепуганную улыбку, потому что они оба все поняли. Рэдж все ей рассказал, и Декс не может заставить себя посмотреть ему в глаза. Софи мгновенно виснет на старшем брате и звонко целует его в щеку.<br />- Я намерена выкрасть у вас этого парня! </p> <p>- Если хочешь на кого-то злиться, злись на меня.<br />- Я не злюсь.<br />- Слушай, мне очень паршиво от всего этого. И не я должен…Но это сложно. Я знаю, что не так, как если бы…<br />- Все в порядке, Рэдж. Я Все понимаю. Правда.<br />- Я знаю. И от этого мне еще паршивей. Я знаю, что не мне стоит жаловаться…Я знаю, все знаю… - брат так сильно переживает, что кажется, что ему становится велика его одежда.<br />- Рэдж..! Нам всем паршиво. И это не проходит. Я в курсе. Я осознаю это…лучше всех, если угодно. Я никого не виню. Ни на кого не злюсь. Не надо выставлять меня обиженной примой, которая ломает руки в пассажах «Ну, извините, что я вам мешаю». <br />- Я хочу жениться на ней.<br />- И поэтому она должна знать всю правду о твоей семейке. – просто договаривает Декс за него. Рэдж, наверняка, до смерти боялся ее реакции. А потом еще больше боялся Его реакции. Но утаить от невесты такой скелет в шкафу боялся еще больше.&#160; &#160;</p> <p>До сих пор никто кроме семьи и пары целителей не знал об этом. Теперь знала еще Хейли. И робкая Мэри, на которой собирался жениться его младший братец. Половину ужина она косилась на его тарелку. Что она ожидала там увидеть?! Пару живых мышей?! Здоровенный кусок сырой печенки?! Декстер упрямо не смотрел на нее, но видимо как-то незаметно для себя напрягся, потому что сестра в какой-то момент пнула его под столом.<br />За ужином он разговаривал только с Софией. Чтобы не ставить Мэри больше в неловкие ситуации. Чтобы не участвовать в этом мероприятии, которое стало первым подобным спустя кучу лет после того, как кто-то из юных Кэттермоулов пытался знакомить своих избранниц с родителями. И чтобы не приводить больше эту мышку в столь плохо скрываемый ужас.<br />Давненько ему не напоминали о том, что теперь он неприкасаемый. Не считая пары стажеров из Мунго, первыми были отец и Рэдж. Кэттермоул старший никогда не был особо тактилен, но когда-то, представляя его своим знакомым, легко сгребал его за плечо в подобие гордых отцовских объятий. После он и смотреть на него не мог себя заставить. Рэджинальд же был совсем мальчишкой, когда все произошло. Они с Софи пришли навестить его почти через неделю и то лишь потому, что всю эту неделю сестра терроризировала родителей требованиями немедленно отвести ее к Дексу. Брат, вероятно, и готов-то к этому не был, но был взят за компанию, словно безвольный зонт. Он молча выжидал положенное время в метре от больничной койки, не зная, куда приткнуть свой взгляд, пока Софи, уже восседавшая, скрестив ноги, поверх больничного одеяла Декса, обеими руками вцепилась в его руку так крепко, словно никогда больше в этой жизни не намеренна была ее отпускать.<br />Декстер даже смутно припоминал, что пытался тогда быть «старшим братом», что бы это к черту не значило. Впервые смог выдавить какую-то улыбку, когда сестренка с порога бросилась к нему в два стремительных шага-прыжка и угловатым неожиданно тяжелым ядром рухнула ему на грудь с объятьями, выбив из него весь воздух. Он нашел для Рэджа какие-то несколько слов, которые призваны были сказать: «Ээй, приятель! Я живой, не стоит так это переживать…», но кажется Рэдж все равно напугался на всю оставшуюся жизнь. Свежих шрамов на худой шее, что кривыми зигзагами убегали по ключицам под больничную пижаму. Глубоко несчастного, поникшего старшего брата, который очень плохо и очень недолго притворялся, пока его, обычно большую часть времени насмешливую, физиономию не смяло, словно пергамент, за мгновение до того, как из глаз брызнули слезы. Он попытался отвернуться и закрыть лицо свободной рукой, но пятнадцатилетняя Софи была проворней. Через пару секунд, кажется, они ревели все втроем. Софи ласково гладила его по голове, разбиваясь на куски от сочувствия, Декс беззвучно рыдал в ее острое плечико, жалея себя. А двенадцатилетний Рэдж, сжав добела кулаки, беззвучно плакал в паре метров от них злыми слезами от странной смеси обиды, страха и отвращения, что ворочалась в его груди ощетинившимся комком. <br />Бледный, сломанный парень в постели больше не был его братом. Рэдж еще раз убедился в этом в первое же полнолуние даже в своей комнате на втором этаже совсем в другом крыле дома, когда отец не догадался сразу звукоизолировать магией их подвал, где заперли Декстера. И снова, глядя из темноты коридора на то, как в комнате болезненно неуклюже забиралось в постель Декса то, что от него осталось к утру. Наблюдая, как их сестра самоотверженно делает вид, что ничего страшного не произошло, Рэдж стыдился своих чувств, но все, что он испытывал в те времена к старшему брату, были не самая благородная жалость и неприязнь. Потому он будет тайно рад тому, что, упиваясь жалостью к себе, Декстер замкнется и отгородится от них всех огромной стеной. Злиться он начнет намного позже. <br />Поведение отца внезапно не стало для Декса откровением. Он тогда мало чему был способен удивляться. Это кольнуло уязвленное самолюбие, но быстро скрылось под водной гладью всего остального. Вот Рэджа он раскусил не сразу. Он видел, что Софи зла на младшего, не понимал почему, но не задавал вопросов. Пока однажды в очередной их приезд на каникулы домой в каком-то нелепом душевном порыве не попытался взъерошить волосы брата, проходя мимо его кресла и четко ощутил, как тот, от неожиданности не успев правильно сориентироваться, содрогнулся от его прикосновения и попытался отпрянуть. Рука старшего брата застыла на мгновение в воздухе. Изумление на доли секунды сменилось горьким осознанием, и также быстро непринужденной усмешкой. Он вышел из комнаты, понимающе улыбнувшись сестре, которую кажется только что кантузило всеми чувствами сразу, и не обернувшись на брата, сжавшегося в кресле под гнетом мгновенного чувства вины. Следующие пару лет Декстер, кажется, ни разу не притронется ни к брату, ни к его вещам. Не попытается подать что-то за столом и не обмолвится с ним и дюжиной фраз. Он давал ему желанное и одновременно наказывал, взращивая в нем чувство вины. До того случая Декстер не задумывался, о своей неприкасаемости. Он трезво осознавал масштаб предубеждений и страхов, но ни одна из этих ужасно написанных книг о ликантропии не предупреждала о том, что от его будничных заурядных прикосновений кого-то может пробирать разрядами электрического тока от отвращения.&#160; </p> <p>Вечером, покидая собравшихся в гостиной, он целует Софи в макушку и выпутывается из объятий сестры, которая всю вторую половину вечера использовала его как большого плюшевого медведя, не иначе. Проходя мимо матери, легко касается ее плеча и в каком-то полушутливом приливе нежности целует, хотя скорее клюют, братца в висок, заставляя того зажмуриться в слабом смешке. Все наладилось давным-давно.<br />Мэри догоняет его уже почти возле спальни.<br />- Декстер! Я должна перед вами извиниться.<br />- Не должны. – легко отвечает он.<br />- Нет, я…Хочу извиниться…Джи не должен был раскрывать мне ваши секреты. А я не должна была реагировать вот так…<br />- Он хотел, чтобы между вами не было тайн. Особенно таких, на которые люди реагируют…<br />- Так как я?!<br />- …По-разному. – вежливо улыбается Декстер.<br />- У меня нет оправданий и…<br />- Мэри! …Мэри, остановитесь. Мне не нужны ваши оправдания. Мне не нужны ваши извинения. Мне не нужны даже ваше расположение или что вы там еще приготовились вымучивать из себя ради Рэджа. Все, о чем я Вынужден теперь вас просить, это сохранить секрет. Вы не в восторге от меня, я не в восторге от того, что Рэдж щедро отдал вам право распоряжаться всем тем, на чем стоит моя жизнь последние годы. Но у меня нет выбора. <br />- Я никогда бы не..!<br />- Вы славная, я рад за вас с Рэджи, но…Мэри, я вижу вас первый раз в жизни. Я не могу не думать о том, что однажды, в любой миг, когда я не буду этого ожидать, вы поделитесь моей тайной со своей матушкой или лучшей подружкой. Вы не планируете этого делать сейчас, но однажды поссоритесь с Рэджи и в пылу ссоры сболтнете лишнего…И все, из чего я могу выбирать, это лишится рассудка от тревоги, что так и будет, либо доверится вам и узнать однажды…<br />- Почему бы тебе не взять с нее непреложный обет?! – зло произносит брат, подоспевший на выручку избраннице. И все безошибочно предвидят ссору.<br />- Знать бы заранее, взял бы его с тебя…Мелко, Рэдж. Переходи сразу к шуткам, где Теперь мне придется ее убить!<br />Он хотел бы, чтобы младший брат взорвался праведным гневом, и этот совершенно неостроумный выпад затерялся в других репликах, но коридор погружается в гнусную тишину. Мэри уже не напугана, она готова провалиться сквозь перекрытие. Декстер был бы близок к тому же, если бы в конец не потерялся во времени и пространстве, устав от всего этого дерьма. Рэдж капает на ковер тихой злобой. Этот дом пропитан всем этим так сильно, что чиркни в воздухе спичкой и он вспыхнет до самых облаков. Здесь все говорят не то, что думают и не то, что хотят сказать. Все здесь разыгрывают какой-то бесконечный, бездарный спектакль и у каждого есть собственный мерзкого вида питомец, сотканный из невысказанных обид и претензий, которого они прячут в своих старых комнатах, разливаясь вместо этого патокой затрапезных бесед за ужином. <br />Каждый чертов раз, приходя сюда, Декстер задает себе вопрос, для чего он продолжает это делать, и не находит ответа. Это больше не его семья. Вернее, Он больше не сын этих людей. Их сын умер девять лет назад, а он - неуместное напоминание о том парне. Отец этого призрака и вовсе не способен видеть. Миссис Кэттермоул, давно пора признать, совершенно невменяема. Дружеские отношения с братом мечутся от искренней симпатии до фарса и обратно за секунды. Мерлин, даже их старый кот ненавидит Декса. Все, что есть хорошего в этой семье – это Софи. Но ведь он это делает не ради нее. Из какого-то дежурного долга, потому что Так правильно и Так подобает. Было правильно и Подобало вести себя паинькой весь этот чертов вечер. Он был вежлив и великодушен, мил и приветлив, насколько только мог. Но вот почти полночь и в полумраке коридора, в метре от его старой комнаты они с шекспировским размахом ссорятся, безобразно вываливая друг на друга старые обиды, маскируя их насмешливым тоном и остроумными аллегориями. Так непринужденно и привычно, даже спустя столько лет, превращая еще одно, совершенно иное, знакомство с родителями в ад для уже другой, окончательно раздавленной всей этой историей, девушки. <br />- Нам Всем хотелось бы, чтобы все тогда произошло иначе.<br />- Иначе?! – Декстер даже не усмехается. Хохочет.<br />- Что смешного?!<br />– Это очень тонко завуалированное «лучше бы тебе было помереть тогда». И я с тобой согласен!<br />- Я вовсе не это..!<br />- Это единственное доступное «иначе», Рэдж. Самое лучшее для нашего прекрасного и дружного семейства, давай начистоту! Жаль, уже поздно. Перспективный сыночка Кэттермоулов трагически погиб, а не слил свою карьеру в унитаз по непонятным причинам. Вы бы погоревали, но оправились. И никаких тайн, в которых необходимо мучительно признаваться своим невестам.<br />- Я не хотел бы, чтобы было так, Декс…<br />- О! Мой список нежеланных вещей будет посерьезней…Добро пожаловать в наше Шапито, Мэри!&#160; <br />- Что вы тут устроили, Мерлина ради?!<br />- Декстер устроил драму.<br />- Ты только что маме пожаловался?! – из груди рвется истерический смех.<br />- Декстер..! – всплескивает руками миссис Кэттермоул, - Мэри, вы в порядке? Он обидел вас?<br />- Хватайте ваши вилы и факелы! – громко произносит Декс, ни к кому особо не обращаясь, и Рэдж давится смехом против своей воли. <br />Мэри, кажется, готова покинуть этот дом немедленно через первое попавшееся на пути окно и никогда не возвращаться. Декстер с ней солидарен. Но в отличие от девушки, которая теперь горячо пытается оправдать его в глазах будущей свекрови, Декстер молчит. Ни одна шутка в мире не способна сделать эту ситуацию смешнее и абсурднее, чем она уже есть.<br />- Декстер, ты с ума сошел?!<br />Стоя в этом коридоре с вытянувшимся лицом и совершенно ошалевший от происходящего, он в этом уверен. И вместо всех возможных ответов из него рвется только смех. Надрывный смех безумца, который он пока последними крохами усилия воли удерживает в груди. </p> <p>Кажется, в нем не осталось ничего, кроме этого смеха. Или он не может остановиться с того клятого вечера в родительском доме. Совершенно точно не осталось слов. <br />Он залечит ожоги на своей ладони, и отложит палочку в сторону, не сообразив предложить какую-то помощь ей. Впрочем, в его голове сейчас нет места мысли, что он может кому-то быть чем-то полезным. <br />Запах гари. И невидимые цепкие пальчики снова сжимают несуществующий рукав. Она здесь. Он больше не отводит глаз, но взгляд его не очень-то похож на осмысленный. Что-то безвозвратно выгорело в нем в этом пожаре. Жалкого вида, потрепанный недофеникс, перепачканный сажей. Зачем-то ей все еще нужен.<br />Она опускается рядом и между их плечами остается неполный дюйм. Где-то в районе затылка, у самого основания черепа, еще слабо бьется мерзкая, ледяная и скользкая, мыслишка. Она заставляет его чувствовать, как кожа его горит от одной мысли о том, чтобы прикоснуться к Хейли. Сейчас. Но этой бесшабашной поджигательнице все равно. Секунду назад ему казалось, что его, истрепанных полнолунием, сил не хватает даже, чтобы дышать как следует. Но она тянется к его руке, безвольно раскинувшейся между ними, и сплетает их пальцы. А он в ответ крепко сжимает ее руку, вкладывая в этот жест все, на что не наскребет сейчас слов в своей голове. Потому что дом всегда был в ее руках. Потому что вопреки всему дерьму, в его жизни однажды снова появилась эта девушка и захотела остаться. Несмотря ни на что. Не задумываясь. Просто зная, что…нужна ему, возможно?! Хоть и говорит, что это она нуждается в нем.&#160; <br />До него не сразу доходит смысл сказанных слов, хотя он услышал с первого раза.<br />И все вдруг становится очень легко. И совершенно не важны какие-то…несущественные мелочи. Мысли в голове с трудом формируются в адекватные предложения. Он забыл половину слов и всю оставшуюся жизнь обречен будет изъясняться, как абориген с какого-нибудь дикого острова. Но он сейчас наверняка светится в темноте от этого невесомого ощущения счастья, что стремительно заполняет его и расщепляет каждую клетку в его теле. <br />Он все еще отдает себе отчет в том, как он выглядит. Нагой, весь в саже, грязи и ссадинах, завернутый в старое покрывало с кучей выжженых дыр, разбитый на части и криво собранный обратно после четырех перевоплощений. Вымотанный и слабый. В любой другой раз он провалился бы под землю от стыда от мысли предстать таким перед ней. Предстать таким перед ней после стольких лет, что они не виделись, и когда должно всем своим видом показывать, насколько ты в порядке. Но это тоже перестает быть важным. Он молча высвободит свою руку и отсядет на полтора фута в сторону, чтобы, слишком неуклюже и медленно для молодого мужчины, улечься рядом на спине, положив голову ей на колени. Иначе, он вот-вот просто завалился бы на бок, пересчитав носом неостывшие доски. Он закрывает глаза и чувствует, что она дрожит.&#160; <br /><strong>- Придется построить шалаш побольше. Потому что мне, кажется, тоже придется жить здесь до конца моих дней.</strong><br />Он так и не открывает глаз, но уголки губ непроизвольно дергаются вверх, когда ее пальцы привычно забираются в его волосы. Когда-то они так делали домашние задания. Его голова лежала у нее на коленях, он читал вслух очередной учебник. <br /><strong>- Рэджи завел себе подружку, -</strong> зачем-то начинает рассказывать он. За несколько недель произошло столько безумных вещей, что хватило бы на пару лет. Хейли Финч вернулась в его жизнь, спалила его волчье логово и сидит в дюйме от него. И есть тысяча вещей, которые он должен ей рассказать, но он не может остановиться.<br /><strong>- …и рассказал ей про меня. Сказал, что хочет на ней жениться и боится утаивать от нее что-то. И привел девицу, которая процентов на десять была уверенна, что он собирается принести ее мне в жертву. </strong><br />Небо окончательно затянуло тучами – Боже, благослови климат Британии! Если повезет, до утра он обойдется без показательных выступлений перед Хейли со своим трюковым номером. В ином случае, возможно, ему пришлось бы утопиться в этом озере от стыда.<br /><strong>- Круг посвященных быстро ширится, а у меня не осталось никаких душевных сил, чтобы паниковать. Еще меньше, чтобы ждать, пока эта Мэри разболтает по секрету какой-нибудь своей подружке. Так что останемся жить здесь. Заведем удочки, будем питаться рыбой и подножным кормом, и светится в темноте от переизбытка фосфора.</strong><br />Слишком много иронии в его жизни. Слишком много во всем. Волчонок…почему из всех возможных сравнений Это стало твоим прозвищем?</p> <p>- Это какая-то катастрофа! – стонет Рэджи, хватаясь за голову. <br />- Классическое знакомство с родителями в нашей семье. – отзывается Декс и до младшего брата не сразу доходит. А когда доходит, его подбрасывает в потолок. <br />- Ты серьезно, Декс? – он таращит глаза, словно безумец, - Ты устроил все это специально?!<br />- Раскусил, Рэдж! Я стал оборотнем, чтобы эффектнее тебе досаждать! Выиграю кубок среди доставучих старших братьев теперь! <br />- Не-е-ет! – его палец взлетает к самому носу старшего брата, - Ты понял, о чем я! Это такая месть?<br />Декс лишь насмешливо смотрит на него своими бесконечно уставшими глазами.<br />- Немедленно прекратите! Оба!<br />- Спустя столько лет?! Все из-за Нее?! Из-за Хейли?<br />Из миссис Кэттермоул, которая до последнего не понимает, о чем идет речь, даже спустя девять лет вылетает нелепый звук. Что-то среднее между вскриком и недовольным цоканьем. И Декс даже удивлен, что она вообще помнит это имя. Его не произносили в этом доме годами, и он мысленно проклинает Рэджа за то, что тот нарушил этот негласный обет, да еще и, кажется, только что поджег очень короткий фитиль. <br />- Все и всегда было из-за этой девчонки! - поезд Миссис Кэттермоул уже летит по рельсам с горы и Дексу кажется, что его глаза медленно наливаются кровью. <br />Он разговаривал с Финч неделю назад. Он признался во всем и теперь, кажется, скрывался от нее снова. Потому что он рассчитывал снова ее оттолкнуть. Но Хейли Финч была единственной во всем мире, которой было искренне все равно. Он выдумывал в своей голове этому объяснения. Что она просто не понимает, о чем рассуждает. Но в глубине души знал, что для нее это и правда не имело никакого значения. Потому что Хейли Финч всегда была лучше их всех. Лучше него. Всегда. Поэтому он принял то решение – напоминает он себе. <br />Даже Софи, его ангел-хранитель, которая спасала его все эти годы. Софи, которая может рассмешить его, как бы не было паршиво, и исправить почти все на свете. Его безумная сестрица делает все это, потому что она лохматый вихрь из доброты, любви и сестринской заботы. Но Хейли не просто стремится поддержать. Ей по какой-то, неподдающейся здравому смыслу, причине совершенно искренне не важны никакие обстоятельства. И по какой-то уж точно необъяснимой причине она все еще любит такого идиота, как Он. И это разбивает Дексу сердце. Этот факт затопляет его такой неуместной, но пьянящей надеждой, которая разливается теплом по всему телу. И оттого в следующий миг лишь страшнее лететь в ледяную пустоту от одной лишь мысли о том, что она будет разочарована в этом своем прекрасном порыве.&#160; &#160;<br />Он с трудом улавливает смысл слов. Потому что отчаянно не хочет их слышать. Потому что для одного вечера давно уже более, чем достаточно. Потому что эмоционально шипеть на неуемную матушку в восемнадцать, призывая ту раз и навсегда перестать поносить Хейли, не то же самое, что срываться на нее, когда тебе двадцать шесть, в присутствии брата и его невесты, которая видит большинство из них впервые. Да и им еще настолько здорово удалось произвести впечатление. Но эту «Миссис Беннет» никогда нельзя было остановить. Она щебечет о том, как Рэджинальду повезло, успевая на кой-то черт косвенно сравнить Финч с этой Мэри, что мимикрирует тут с обоями последние минут десять, в какой-то ужасной формулировке. И фитиль догорает. Он вел совсем не туда. <br />- Нашему Рэджи… – он не может заставить себя взглянуть на мать, потому что все внутри кипит, и смотрит на присмиревшего братца, который предвидел этот взрыв еще несколько маминых фраз назад, - несказанно повезет, если… - «недалекая эта и нелепая» - опускает он последними крохами самоконтроля, - Мэри вылезет из кожи, чтобы хоть на жалкую сотую часть смочь дотянуть до Хейли Финч.&#160; &#160;<br />Теперь все, как в старые добрые...<br />Никто в этом доме больше не планировал спать. Никогда больше в жизни. <br />Декстер направится к выходу и все семейство последует за ним. Избыточная горсть вишен на торте всего этого абсурда, где он, хоть вывернись наизнанку, не смог бы не выглядеть бунтующим стервозным подростком. Он даже не потянется за пальто, как когда-то хватал куртку, чтобы не превращать это в еще большую карикатуру. Он не проронит ни слова. Дважды смахнет с себя руки брата, что хватали его за рубашку. И лишь, когда миссис Кэттермоул распластается по двери, преграждая ему путь, с визгливым «Ты никуда не пойдешь!», Декс произнесет свою лучшую шутку за весь этот проклятый вечер, которую поймут все кроме Мэри.<br />- Я знаю дорогу. </p> <p>И нет больше сил острить и ломать копья. Нет сил строить новые стены и даже просто стоять на ногах. Ему хотелось отдохнуть. Что бы это не значило. И не хотелось больше никакого безумия. Он хотел ощутить на лбу ее прохладную руку. Хотел, чтобы она просто была рядом.&#160; <br />Когда ноющая боль во всем теле станет совсем нестерпимой и без очевидных перевоплощений, он повернется на бок и зароется лицом в ее джинсы, ежась в судороге. Ее пальцы все так же будут гладить его по затылку. Когда-то они спорили обо всем подряд до хрипоты, но все мысли о мире и покое в его голове были связаны с ней. <br /><strong>- Ты знаешь, что я тебя не заслуживаю?! –</strong> глухо произносит он, <strong>- И тебе не стоило приходить сюда сегодня…Но я не подберу сейчас нужных слов, чтобы передать, как я рад, что ты здесь, Волчонок. Я официально капитулирую. –</strong> добавляет он после небольшой паузы и поднимает на нее взгляд. Даже сейчас крошечная часть его ждет какого-то подвоха. Он не многим смелее этой Мэри на деле. Что, если увиденное отрезвило ее?! Стоило ему все осознать…<br /><strong>- Я тут подумал. Три четверти жизни лучше, чем ничего. И если ты не передумала…и если позволишь…Я попробую исправить то, что натворил. </strong><br />В его голове бьется последняя мысль, что он еще хочет произнести вслух, но отчаянно трусит. Потому что передумай Хейли сейчас, он еще сможет прикрыться своей иронией. Потому что он гордый сын своего семейства, где никто и никогда не говорит то, что думает и что хочет сказать. Даром, что в последнее их сборище он, кажется, разругался с ними на следующие несколько лет. Утром с ним не разговаривала даже София. Что ж, если сегодня Хейли Финч осознала для себя что-то иное, нежели озвучивала в последнюю их встречу, он останется один. Разве не так он и планировал?! Что с ним еще может случиться?!<br />Ее пальцы скользят по его виску, каким-то неведомым образом забирая боль. Он закрывает глаза, чтобы не видеть, как...<br /><strong>- Ты мне очень нужна.</strong></p> <p>Он вернется около четырех часов ночи, продрогнув до костей, хотя уходя был уверен, что больше не переступит порог этого дома, пока кто-нибудь не окажется на смертном одре. Почему он не вернулся в Свой дом?<br />Он пройдет на кухню, поставит чайник и сядет на пол, грея спину о не до конца остывшую с вечера печь. Под столом, в дверном проеме позади в свет шагнут тонкие девичьи ноги в причудливых тапочках.<br />- Я не такой плохой человек, как вы подумали.<br />- В это будет трудно теперь поверить, но я тоже.<br />Они оба молчат целую вечность. Чайник успевает закипеть. Он возьмет в буфете две кружки.<br />- Джи мне рассказал…<br />Он не сразу понимает, о чем она. Вопрос с разоблачением они уже обсудили с таким размахом, что не придется возвращаться к нему до конца жизни. Объяснил ей, с кем ее сравнили его безумные родственнички? Рэджи не знает ничего такого, что могло бы хоть на десятую часть объяснить, почему все произошло так, как произошло. И тогда, и сейчас.&#160; <br />- Видимо, мы с ним друг дружку стоим, - грустно произносит она.<br />Декс слабо улыбается, разливая чай.<br />- Разве не это главное?!<br />- Вы мне нравитесь, Декстер. Очевидно, я не умею это показывать, но я не плохой человек. И я никогда и никому не открыла бы ваш секрет…Хотя бы потому что он пугает меня до смерти.<br />- Ну хоть кого-то он пугает… - он двигает ее кружку ближе к ней, но на целый фут меньше, чем подвинул бы ее любому другому человеку. <br />- О чем вы? – ей приходится преодолеть этот фут самой, не рискуя случайно коснуться его руки. <br />- О том же, что и всю свою жизнь, - задумчиво произносит он, не особо беспокоясь о том, поймет ли она его, - О Хейли Финч.</p> mybb@mybb.ru (Dexter Cattermole) Wed, 04 Aug 2021 17:37:42 +0300 http://momentoamore.rusff.me/viewtopic.php?pid=31823#p31823 http://momentoamore.rusff.me/viewtopic.php?pid=31820#p31820 <p><span style="display: block; text-align: right">— Вы в порядке?<br />— Не знаю. Я ещё в фазе надежды.<br />— И каково в ней?<br />— Как в аду.</span></p> <p><span style="font-style: italic">Он ворвался в гостевую спальню среди ночи вместе с запахом хвои и дыма. Наделал шума, опрокинув с грохотом стул, но вскочившей на постели сонной девушке тут же велел вести себя тихо и не будить соседей.<br />Пропустив мимо ушей ее сонные возражения и попытки негодовать, он отыскал в полутьме ее ботинки и бросил к кровати.<br />- Обувайся и набрось что-нибудь!<br />- Где-то пожар?<br />- Можно и так сказать...Да быстрее же, ты все пропустишь!<br />- Ты серьезно?! Я ночую в доме твоих родителей, потому что сегодня был день рождения твоего отца. Тут была половина Лондона, кроме тебя!<br />- Я отправил ему открытку. И почему ты шепчешь?! Собирайся..!<br />Гейл в очередной раз невольно подчинилась его нахрапу, и теперь стояла в ночной рубашке и высоких ботинках на шнуровке, с которой наконец разделалась.<br />- Что дальше, Питер Пен? <br />Вилли окинул ее взглядом и покачав головой каким-то своим мыслям, стащил с себя кожаную куртку, пропахшую костром, и водрузил ее на плечи девушки.<br />- Дальше мы сбегаем.<br />- В этом? - возмутилась она, когда он уже увлекал ее за руку к камину.<br />- Меня так радует, что в идее побега тебя волнует твой внешний вид, а не сам его факт, ты не представляешь!<br />Он ловко протиснулся в очень скромных размеров камин. Когда он выпрямился, его голова скрылась в дымоходе.<br />- Забегай! - с эхом позвал он.<br />- Мы не поместимся там вдвоем. - категорично заявила Гейл.<br />И без того до невозможности нелепый, в брюках с подпалинами и растянутом свитере цвета болотной тины, он извернулся, чтобы выглянуть.<br />- Не смеши! Я строен, как удочка, а ты, боюсь тебя расстроить, если тебе не говорили раньше, Крохотная. Абигейл Скотт..!<br />Она шагнула к нему в камин, уже готовая обрушить на него все свои возражения, но он прижал ее к себе. Бросил горсть летучего пороха и произнес нелепое название. Мир по ту сторону камина сорвался с места.<br />- Ты так и не скажешь, куда мы?<br />- Имей терпение.<br />Он крепко прижимал ее к себе (и довольно вольно за талию), пока мимо проносились чьи-то спящие гостиные по ту сторону вереницы дымоходов. И держал ее еще несколько секунд, когда мир, наконец, перестал походить на полет по трубе. Они стояли в облаке золы, в камине куда больше того, в который исхитрились протиснуться в доме его родителей. <br />- Голова не кружится?<br />- Нет, - соврала она.<br />- Тогда побежали! - просто сказал он и, взяв за руку, вновь решительно повлек за собой.<br />Они проскочили комнату, где было много камня и дерева, затем вереницу таких же коридоров. Все это больше походило на пещеру, укрепленную огромными деревянными балками, чем на дом. За очередной дверью оказалась холодная ночь. Лес, и очертания острых гор за ним. Звенящая тишина и бесконечные звезды, сколько их бывает только в горах, вдали от шумных городов.<br />Он остановился, едва они спустились с крыльца небольшого особнячка посреди леса, предоставляя ей шанс перевести дыхание и насмотреться. Он тоже запрокинул голову, глядя на звезды, но то и дело подсматривал за ее реакцией.<br />- Бывала раньше в Румынии?! </span></p> <p>Деда не было в живых уже лет шесть. Заповедник теперь формально принадлежал его матери и тетке. Частью вопросов занимался отец, остальным распоряжались несколько старых драконологов, давних коллег старины Харви Риджбита. Вилли, который торчал здесь каждые каникулы лет с четырнадцати, всегда был у них желанным гостем. Тем более, в отличие от остальных членов семьи, он там приносил больше практической пользы, нежели другие Скамандеры, прибывавшие, чтобы лишь раздавать ценные указания.&#160; <br />Он продолжал отмахиваться от карьеры драконолога, хотя торчал здесь уже больше месяца. В очередной раз потеряв свою фамилию, Вилли не упоминал, что он внук основателя этого заповедника. И даже приезд Алджернона для решения каких-то срочных и важных вопросов, его не выдал.<br />Он выполнял грязную работу, свободное время проводил часто все в том же лесу. Дальний родственник лесного народца, он удивительным образом ладил с любой живностью от драконов, до местных уток, что встречали его уже на суше.<br />Крепко слаженный, опытный драконолог в годах, под начало которого Вилли случайно попал в компании с еще одним пареньком из Уэльса, был здесь не так давно и не располагал информацией о том, что странноватый, долговязый тип, которого он гонял с особым пристрастием, мог бы быть его начальником. <br />Второй парень был сыном какой-то шишки в магическом сообществе. Немногословный, неуклюжий и трусоватый, но исполнительный. В отсутствие начальства Вилли учил его хитростям, которые знал, но чаще всего безрезультатно. Зато невольно он приручил этого парнишку, помимо прочей местной фауны. Теперь тот всюду следовал за ним и обрушивался с кучей вопросов каждый раз, когда Вилли вытворял &quot;одну из этих своих штук&quot;. А штук было, действительно много. Скамандер, словно чертова лесная фея, подкармливал каких-то магических зверьков, о соседстве с которыми другие местные работники даже не догадывались, общался с драконами, словно с домашними котами, и угощал русалок виноградом.</p> <p><span style="font-style: italic">- Совсем замерзла? Мы уже почти пришли.<br />Она едва поспевала за его огромными шагами. Они шли через хвойный лес, мимо крошечных зеркальных озер. Туда, где мерцало зарево какого-то большого костра.<br />- Как скажешь, мастер интриги... - разве что не стуча зубами, отозвалась Гейл, кутаясь в его куртку. <br />- Да ладно тебе..! - он остановился и подал ей руку, чтобы помочь перелезть через поваленное дерево на пути, - Я уверен, тебе понравится. Это точно лучше, чем завтрак в компании...- он осекся, - ну, где ты была...<br />Его рука была ледяной. В своем стареньком джемпере он мерз не меньше ее, но не подавал вида.<br />- Ты же..!<br />- Ерунда! - отмахнулся он, - Смотри!<br /> Несколько последних рядов старых елей отделяли их от поляны, залитой светом. Точнее это был огонь. Много огня. Крошечные костерки догорали повсюду. Где-то догорал невысокий куст, где-то подпаленная трава, один костер был явно собран человеком. Его хозяин возился в стороне с каким-то низкорослым существом.<br />- Это мы, Фил..!<br />Старик махнул рукой, не оборачиваясь.<br />- Только не кричи! - сказал Скамандер Гейл и вывел ее на поляну. Навстречу им тут же бросилось темное пятно, похожее на собаку. Вилли легко поймал существо в футе от Скотт. Грубая, бурая кожа играла отблесками, а суетливые когтистые лапы, тут же забарахтались в воздухе. Вилли потер длинную, бугристую переносицу костяшками пальцев и детеныш дракона в его руках блаженно сощурил два огромных желтых глаза.<br />- Познакомься, Соседка!<br />Он опустил юного дракона на землю и тот как-то по-кошачьи потянувшись, отпрыгнул метра на полтора, где радостно чихнул слабой струйкой огня, подпалив новый клочок травы, и остался очень собой доволен.<br />- Это..?!<br />- Мои друзья, - усмехнулся он, - У них, к слову, сегодня тоже день рождения. А эти ребята вылупляются не каждое столетие. Хочешь потрогать? Идем!<br />- Я не думаю, что..!<br />- Не бойся! Протяни руку..!</span></p> <p>- Какого черта, ты сбегаешь?! Мы не закончили!<br />Драконолог шел за ним.<br />- Уйдешь сейчас, можешь не возвращаться!<br />- Боюсь, это не вам решать. - усмехается Вилли, не оборачиваясь.<br />- Я твой начальник!<br />- Я здесь не работаю.<br />- Что это еще, черт возьми, значит?<br />- Что эти три недели я помогал вам по доброте душевной. Вы приняли меня за новичка, я не стал отпираться. Но теперь мне не по душе ваши методы общения с живыми существами, и продолжать я не намерен.<br />- Ты идиот?!<br />- Возможно. Но это тоже не ваша забота.<br />- Ладно, парень. Ты здесь не работаешь. Ты гребаная драконья фея из леса! Закончи там, ты же ладишь с ними.<br />- Почему бы вам не сделать это самому?! ...Вы разозлили его. <br />- Они должны знать, кто здесь главный.<br />- Много лет до вас местные работники справлялись с этой задачей без бессмысленного насилия.<br />- Много лет?! Кто ты такой? <br />- Драконья фея из леса. - огрызается Скамандер, но идет обратно.</p> <p><span style="font-style: italic">Они вернулись в дом, куда совсем недавно прибыли через каминную сеть. На каком-то странном подобии плиты Вилли колдовал над заварочным чайником, куда, словно ведьма из маггловской сказки, забрасывал листики и веточки, которыми набил карманы по пути обратно. Закончив, он поставил перед Гейл, которую успел снабдить огромным шерстяным пледом, тарелку с диковинным пряным кексом, и разлил чай по походным железным кружкам. За окном начинало рассветать.<br />- Ты конечно, еще успеваешь к завтраку у Скамандеров, но без чашки местного чая я тебя туда не верну. <br />Он сел напротив нее, добродушно улыбаясь, словно ни в чем не бывало.<br />- Если тебя не затруднит, скажи хоть что-нибудь. Ты начинаешь меня немного пугать. Тебе не понравились ребята?&#160; <br />- Они удивительные...<br />- &quot;Но ты не можешь так врываться и похищать меня всякий раз, когда тебе вздумается&quot;? - усмехается он, - Ты не очень-то сопротивлялась.</span></p> <p>- Ты должен всем заправлять здесь.<br />За пару дней старший драконолог успел навести справки и помириться с нерадивым лжестажером. Вилли восседал на самом высоком камне на берегу озера и рисовал в толстом блокноте что-то вроде карты водоема, принимая минимальное участие в беседе.<br />- Я встречался с твоим братом, он болван, который не отличит виверна от нетопыря. Но Он приезжает раздавать указания, а ты убираешь дерьмо.<br />- Меня устраивает. Я же чертова драконья фея, - смеется Скамандер.<br />- Именно поэтому! Еще и новичка мне испортил. - не зло ворчит мужчина, - Тоже теперь пытается всех &quot;приручать&quot;. Не был бы такой трусливый, давно бы стал обедом. А ты подумай над предложением..! Фил и все остальные тоже за тебя. Мы поговорим с Ньютом, и...Какого?! <br />Скамандер проследил за взглядом мужчины и одним прыжком соскочив вниз, бросился в лес.<br />Когда они добежали, берег полыхал. Несколько местных работников тщетно пытались заарканить магией бесновавшегося дракона. На камнях у самой воды раскинулся в неестественной позе длинный, худой парнишка, стажер из Уэльса. Драконолог тут же скрылся за деревьями, чтобы обойти существо и зайти сзади. Вилли направился к дракону. <br />- Прекратите, вы делаете хуже!<br />Он сделал несколько очень медленных шагов навстречу существу, демонстрируя пустые руки. <br />- Убери их отсюда! - скомандовал он старшему не своим стальным голосом, и тот нехотя отозвал своих подчиненных.<br />- Ты точно знаешь, что делаешь?!<br />- Совсем нет.<br />Дракон продолжал обороняться огнем. Каким-то чудом Министерство выменяло его, невообразимо редкого, на невесть какие суммы у гоблинов Гринготтса почти сразу. Но те все равно успели навредить ему.<br />- Мы снимали эту дрянь... - крепкий парень указал на остатки заговоренных оков на задних лапах и хвосте дракона, - Магия их не берет, пришлось вручную. У них шипы в обе стороны. Кривоногие ему успели хвост изувечить. Уэльс вызвался помочь и попал под раздачу. <br />Второй парень уже оттаскивал скорчившегося парнишку подальше от воды.<br />- Ладно, Фея, бросай это. Пусть зверюга остынет.<br />- Будет так же.<br />- Значит усыпим...<br />- Эта штука его защищает от магии.<br />- Придумаем что-то. Не дури!</p> <p>Вилли вернулся под утро, разве что не закопченный до черна и еще слабо дымящий, как сгоревшая спичка. Весь в подпалинах и уставший, но со своей фирменной беззаботной физиономией. Драконолог ждал его на веранде. Скамандер снял с плеча и бросил за угол кучу гоблинского железа. <br />- Даешь... - только и протянул сухо мужчина.<br />Вилли, не спрашивая разрешения, потянулся за бутылкой огневиски, что стояла на ступенях рядом с драконологом, и сделал несколько глотков. <br />-&#160; Уэльса неплохо поджарило, но жить будет.<br />- ...<br />- Парни сказали, что он пытался делать эти твои штуки. - мужчина изобразил какие-то пасы руками.<br />- Дирижировать?<br />- Не умничай! Сам знаешь...<br />- Знаю...Пойду, проведаю.<br />- Уилл?!<br />Скамандер оглянулся уже в дверях.<br />- Тебе тоже не всегда так будет везти.<br />- Узнаем...</p> <p><span style="font-style: italic">- Вилли?!<br />- ...<br />- Скажи мне, почему я не должна выходить замуж за Алджернона?<br />Он привычно широко улыбнется, но глаза его выдадут.<br />- Я не могу. </span></p> <p>Скамандер восседал на подоконнике и развлекал Уэльса, уже шедшего на поправку, какими-то байками, когда в дверь протиснулась голова. <br />- Эй, Заклинатель! Повторить подвиг сможешь? Там второго привезли. С ним будет посложнее, но мы подсобим.</p> <p>- Я тебя сюда не звал, - драконолог метнулся ему наперерез, едва увидел, - С этой твои фокусы не сработают.<br />- Валяйте Вы, я посмотрю. <br />- Дерзишь, Большой Начальник?!<br />- Предлагаю свое посильное участие.<br />- Посиди посильно вон там и не мешай большим дядям делать их работу.<br />Скамандер расплылся в улыбке, развел руками и сделал шаг назад. </p> <p>Большие дяди потеряли контроль над ситуацией минут через двадцать, едва успели начать. Казалось, что полыхала даже вода. Дракон был слеп и в панике. Чертовы гоблины ослепляли их, чтобы управлять ими было проще. Когда ты ростом с табурет трудно завоевывать авторитет уговорами. Боль и страх куда эффективнее.<br />Вилли ослушался приказа, едва все пошло не по плану. Через пару секунд он уже стоял в паре метров от драконолога, который отвлекал внимание дракона на себя, чтобы прикрыть остальных, которым приказал отступать.<br />- Хочешь погибнуть героем?!<br />- Планирую выжить.<br />Он сорвался с места и успел ухватить колдующего мужчину за ворот куртки, чтобы оттащить в сторону от нового залпа огня. В следующее мгновение они оба рухнули на раскалившуюся гальку. <br />- У тебя еще и девять жизней?! - прошипел мужчина.<br />Вилли вскочил на ноги сразу и протянул руку, чтобы помочь встать и мужчине. Он успел усмехнуться, очень довольный собой:<br />- Я же гребаная драконья фея.&#160; <br />И в доли секунды за его спиной с металлическим звоном неснятых гоблинских оков взметнулся хвост. </p> <p>Шипы вонзились одновременно. Несколько драконьих чешуек на хвосте, похожие на острые осколки скальных камней, легко прорезали старенькую куртку из драконьей кожи и вонзились в спину в районе лопаток, почек и поясницы. Еще два стальных шипа от гоблинских орудий пыток прошили его насквозь. Один - плечо в районе ключицы, второй прошел между нижними ребрами. Он почувствовал, как его ноги оторвались от земли и как обдало холодом свежие раны. За мгновенье до того, как все поглотил огонь, быстро сменившись мутной водой.<br />Тяжелым ударом его отшвырнуло в сторону. Огонь еще слабо разбегался по поверхности озера, когда он рухнул в воду. Под весом собственной одежды он начал медленно опускаться на дно, не предпринимая никаких попыток грести. В мутной зеленой воде он видел как поднимается от его ран акварельными облаками &quot;дым&quot; темно-алой крови. Свежие ожоги саднили, а раны заполнялись водой. Спохватившись, он предпринял попытку всплыть на поверхность, но от первого же движения левой рукой лишь взвыл ворохом пузырей от боли в ключице и ребрах. Грести только ногами выходило немногим лучше. Легкие горели, вокруг становилось все темнее. Он предпринял последнюю попытку выплыть, переселив боль, но тьма сомкнулась. Он слышал лишь как кровь стучала в висках в кромешной темноте и успел почувствовать, как коснулся дна...</p> <p>Он пришел в себя на берегу, когда его выворачивало озерной водой пополам с кровью. Драконолог с самыми непечатными ругательствами грубовато выбивал из него содержимое, обещая гаденыша прибить собственноручно, если тот выживет.</p> <p>Второй раз мир подмигнул ему одной из комнат в их общем доме, люди кричали и горячо спорили о способе транспортировки. Кто-то ворожил над ним незамысловатой лечебной магией. Он успел выхватить взглядом в стороне бледное, перепуганное лицо Уэльса, все еще щедро перемотанного целительными компрессами от ожогов, и вновь провалился в темноту.</p> <p>В третий раз он пришел в себя в просторной комнате со сводчатым потолком. Голос драконолога все еще препирался с кем-то, но теперь в ответ ему что-то негромко и вежливо отвечали. <br />- Хоть всех сюда тащите! - рычал мужчина на Привет-Ведьму в приемной Мунго.<br />Скамандер хотел что-то вставить, коль уж пришел в себя, но голос ему не подчинялся. Он попробовал снова, но рот наполнился кровью вместо слов. Вилли, запаниковав, попытался ощупать правой рукой, единственной которая ему подчинялась без серьезных последствий, собственную шею, но нащупал ворох каких-то тряпок, прикрывающих большой порез, который он скорее ощутил нутром, чем прикосновением. Ему тут же стало дурно, но в кои то веки он попытался совладать с собой. Он не слышал о чем, продолжал спорить мужчина, который невесть как притащил его обратно в Лондон, пока его голос не начал приближаться в темноте.<br />- ...горел, тонул...можете запереть меня в одной из ваших палат, потому что я спятил, или его из воды вытащила русалка.<br />- Да нет...это на него похоже...<br />Скамандер распахнул глаза, но вместо привычного бодрого приветствия вновь лишь закашлял кровью.</p> mybb@mybb.ru (Willard Scamander) Mon, 28 Jun 2021 13:26:44 +0300 http://momentoamore.rusff.me/viewtopic.php?pid=31820#p31820 http://momentoamore.rusff.me/viewtopic.php?pid=31789#p31789 <p>Он провожает ее взглядом и даже пытается подобрать свои длинные ноги, чтобы не мешать ее поискам ключа, из-за чего на пару секунд становится похож на несуразного птеродактиля на насесте. В какой-то момент замечает подвернутые рукава своей куртки и губы его трогает едва заметная улыбка, а в глазах успевает сверкнуть какой-то совершенно детский восторг. В таком виде она умилительна больше, чем обычно. Даже такая грустная. В любой другой раз он бы уже заболтал ее какой-нибудь невообразимо глупой историей, и которой, возможно, даже смог бы выудить у нее улыбку, но сегодня он только внимательно слушает, непривычно много молчит, и возможно слишком долго смотрит ей в глаза для парня, который просто проходил мимо.<br />Он заговорит лишь, когда она отвернется от него к стене, и то не сразу. Голос его сегодня непривычно тихий.<br /><strong>- Разве можно выбрать, кем быть? –</strong> он искренне улыбается и почти удивлен, <strong>- Ну, то есть…Я могу быть грандиозно не прав, но наивно полагал, что Ты это просто Ты.</strong><br />Отведя от нее взгляд в какой-то момент, закончил он свою мысль, обращаясь к собственным ботинкам.<br /><strong>- Ну вот, если однажды тебе надоест твоя работа, и ты захочешь выращивать цветы. Хотя-я…не надо цветы… - </strong>губы его тронула хитрая и чуть виноватая улыбка. <strong>- …Станешь странствующей предсказательницей! Ты ведь от этого не перестанешь быть…собой. –</strong> он хотел ввернуть ее имя, но выяснил внезапно, что не знает, как зовут его соседку.<br /><strong>- Уж точно для того, чтобы спасать жизни, не нужен халат и зарплата целителя. </strong><br />Он слабо качнется в ее сторону и тихонько толкнет плечом в попытке изобразить какой-то уместный для этой ситуации дружелюбный жест.<br /><strong>- Пойдем искать молоко, Небуйная?! –</strong> усмехается он ласково, <strong>- Я кексов не пеку…может быть и зря! Но что-нибудь, думаю, раздобудем!</strong><br />И невпопад тихо добавляет, не особо ожидая ответа: <br /><strong>- …Кто такой боггарт?</strong></p> <p>Он поднимается на ноги, ухватившись за перила, так быстро, что те не успевают и скрипнуть. Она наверняка знает, где он живет, но он протягивает ей руку и ждет. <br />У нее неожиданно холодные пальцы. Он отчего-то был уверен, что эта очароваха источает исключительно тепло. <br />Она встает и ее глаза вновь оказываются напротив. Стоя на пару ступенек выше, она сейчас одного с ним роста, и он вдруг становится очень серьезным.<br /><strong>- Знаешь, чертова куча народа будет тебе говорить, что это обычное дело, проза жизни, а тебя, как целителя, это не должно сильно расстраивать...Так вот я первый не подам тебе руки, когда это перестанет тебя расстраивать.</strong></p> <p>Он увлекает ее наверх, не сильно беспокоясь о том, как она успевает за его размашистыми шагами через две ступени. Впрочем, через пару месяцев этого их личного знакомства, которое обещает стать началом хорошей дружбы, его фамильярность не будет знать никаких границ и однажды, встретив ее вновь на лестнице в расстроенных чувствах, он транспортирует ее наверх еще более бесцеремонным образом, перекинув через плечо в захвате пожарного, под ее, на удивление, не самые ярые протесты, каких следовало бы ожидать в подобной ситуации. Стоит заметить, что и чай с молоком в тот раз заменит островной скотч, пахнущий не иначе как крем для обуви, но, по ее словам, &quot;идеально подходящий ситуации&quot;.<br />Своими ключами Вилли не пользовался, кажется, никогда. Его дверь не то, чтобы не запиралась вовсе. На ней не было охранных заклинаний – Вилли вряд ли помнил об их существовании, не то что пользовался ими. Но и попасть в его обитель было не просто, как выяснилось.<br />Невнятно извинившись, он вызволил свою руку из цепких пальчиков соседки – к концу внезапного их марш-броска по лестнице она держалась за него гораздо крепче, чем вначале.<br />Дверную коробку знатно перекосило. Одной рукой Вилли подпер дверь в районе верхней петли, второй повернул до конца дверную ручку, и резко пнул дверь коленом не иначе, как в какое-то ему одному известное, нужное место. Дверь с тихим скрипом приоткрылась, а в следующее мгновение парень распахнул ее так решительно, словно после этого на лестницу должен был политься золотой свет от чего-то немыслимо прекрасного, скрытого за непритязательной дверью. Однако внутри, в полумраке, был исключительно бардак холостяцкой обители, чуть припудренный романтикой рассветных лучей.</p> <p>Это походило скорее на логово дракона. Одного из тех, о которых пишут сказки, будто они, словно сороки, волокут в свое жилище все, что не приколочено и кажется им хоть сколько-нибудь симпатичным и заслуживающим внимания.<br />Наличие ценностей в этой квартире определить было невозможно. Все поверхности, за исключением разве что потолка, были покрыты бумагой. Пергаментами разных размеров и разного качества, клочками картона и белоснежными листами из маггловских блокнотов. В основном это были рисунки, реже записи. С беспощадным отрывом на рисунках преобладали драконы. Хотя где-то точно должен был быть рисунок ее чертополоха.<br />Все, что было на столе, Вилли, собрав в огромную охапку и лишившись способности видеть что-либо на пару секунд из-за нее, переместил на низенький диван, по пути до которого каким-то чудом не споткнулся о табурет. Для гостьи он освободил стул, себе подтянул носком ботинка тот самый табурет, с жуткими звуками проволочив его по дощатому полу. Он поставил чайник на огонь и принялся увлеченно перебирать содержимое шкафов на своей крошечной кухне. Вскоре на столе красовался, вероятно, самый безумный набор продовольствия, который его гостье доводилось видеть. Большая миска сухарей из ржаного хлеба. К ним был подан кусок сыра, небольшой, но гордо компенсировавший свой скромный размер безусловно благородным, но несколько резковатым, запахом. Впрочем, сыр был тут же отправлен обратно, откуда был извлечен, по почти слезной просьбе самой же гостьи. В жестяной банке, завернутый в бумагу, лежал ополовиненный кекс, которым можно было бы забить пару гвоздей, но Скамандер честно отрезал от него несколько кусков. Молоко было и вправду найдено. И для завершения композиции, россыпью по столу лежали грецкие орехи в скорлупе, которые Вилли, закончив возиться с заварочником и наконец, опустившись на табурет, принялся раскалывать в ладонях и складывать половинки на стол, в ожидании чайника.</p> mybb@mybb.ru (Willard Scamander) Sun, 25 Apr 2021 20:07:14 +0300 http://momentoamore.rusff.me/viewtopic.php?pid=31789#p31789 http://momentoamore.rusff.me/viewtopic.php?pid=31787#p31787 <p>Он решительно, не глядя, распахивает дверь, все еще разговаривая с невидимыми своими собеседниками, заплутавшими в недрах его норы, и не сразу поворачивается. Широченная улыбка замерзает на его лице, а брови взлетают вверх. Повисшую тишину тут же нарушает короткий, одобрительный свист за его спиной.<br />- Вот это Красотка! – позади Вилли вырастает долговязая фигура мальчишки подростка. Еще две любопытные головы помладше выглядывают из закутка, служащего здесь кухней. Третья вихрастая, рыжая макушка выныривает откуда-то из-под подмышки Скамандера. Чумазый парнишка лет тринадцати коротко театрально вскрикивает и скрывается обратно, уверяя, что «слишком молод для всего Этого». Вилли не сдерживает заразительного, и совсем чуть-чуть нервного, смешка, а на кухне тем временем разгорается оживленная дискуссия.<br />- Кто это?<br />- Невеста Вилли<br />- Он женится?<br />- По-моему, он тоже не знал…<br />- Тогда зачем ему невеста?<br />Хозяин жилища, до сих пор не проронивший ни слова, спешит неуклюже вывалиться на площадку, потеснив нежданную свою гостью и едва не наступив ей на предмет новой гордости, но успевает закрыть за собой дверь, выпустив на лестницу лишь многозначительное «Девчонки...». <br />Оказавшись почти зажат между собственной дверью и очаровательной своей соседкой, он открывает рот, чтобы что-то сказать, но лишь продолжает широко улыбаться. Собравшись с мыслями, он указывает на себя пальцем и заговорческим шепотом добродушно подсказывает, произнося по словам:<br /><strong>- Не тот брат.</strong><br />И улыбка его становится совсем по-детски озорной. В последнюю их встречу ему серьезно попало от нее, хотя сейчас он не вспомнит за что. </p> <p><span style="font-style: italic">- Почему?! Почему ты это делаешь?<br />- Ем?! – переспросил он удивленно с набитым ртом.<br />- Высмеиваешь! Ты терпим к сотням самых безумных вещей, ты так Мудр и Немногословен, – с нотками иронии произнесла она, - когда…да когда угодно, пока речь не заходит о твоей семье. Что они сделали тебе такого, что ты не можешь остановиться ни на секунду в этой своей браваде непокорного отпрыска?! Все-е должны знать, что ты с ними не согласен.<br />- Это ты так из-за одной шутки про моего братца завелась? – невозмутимо переспросил он, - Такими темпами тебя и на год ваших «браков» не хватит.<br />Глаза Гейл стали больше раза в полтора, предрекая куда более серьезный гнев, чем предыдущая усталая попытка докопаться до истины россыпью риторических вопросов.<br />- Зафиксируй эту мысль, потом меня ударишь! – перебил он ее заранее и вскинул руку с куском пирога к груди, - Я торжественно обещаю не шутить над братом моим Алджерноном Скамандером отныне и вовеки, в горе и радости, болезни и здравии дабы моя подруга еще кому не рассказала, что меня злые Скамандеры взрастили как подкидыша в нелюбви и лишениях!<br />- Высмеиваешь. – повторила она свою прежнюю мысль, которую он только что так удачно сам же ей проиллюстрировал. В ее голосе не было недовольства.<br />- Я свои исповеди про затаенные детские обиды не для чая с пирогом берег! – передразнил он ее наигранно надломленным голосом.<br />- Но по этому я буду скучать. – добавил он, отбросив все кривляния, вновь став ее Вилли, невозмутимым, добродушным и Немногословным.<br />Он этим обезоруживал. Этой своей манерой бесцеремонно вываливать свои чувства на собеседника. С какой-то детской непосредственностью, которая немыслимым образом никак не вязалась с его взглядом. Его глаза всегда говорили больше, чем он произносил вслух. И то, что можно было бы принять за простодушие, превращалось во что-то совсем иное. Люди так не делают. Не выворачивают душу так буднично в любой случайной ситуации. А он будто так развлекался. Вываливал на тебя что-то, а потом наблюдал, как ты найдешься с ответом. Не то блаженный, не то несносный нахал.<br />В ее взгляде что-то резко переменилось после сказанного. Эта фраза повисла над ними словно облако, и не самое безмятежное. Вряд ли она сама ни разу не задумывалась об этом. Хоть единожды, прощаясь с ним после их безумных чаепитий, стихийных долгих бесед или любой, самой непродолжительной встречи, когда кто-то (чаще Вилли) вламывался к другому по какому-то сущему пустяку, она должна была поймать себя на мысли, что совсем скоро все изменится. Или он просто переоценивал значимость этих их встреч, а заодно и свою роль чудаковатого соседа сверху.<br />- Вежливая леди могла бы заметить, что мы не расстаемся навсегда, а вовсе наоборот, становимся одной семьей.<br />Кажется, это было задумано шуткой, только вот прозвучало совсем не весело.<br />- Это меня и… - она замолчала.<br />- Потому что я не терпим к своей семье… - закончил он за нее, и в глазах его блеснула улыбка, хоть и не самая его веселая. – Довольно дурацкое слово, - заметил он, не сводя с нее глаз. Ухмыльнулся, едва дернув уголком рта и взял еще кусок пирога.</span></p> <p>Это было, вероятно, красивое платье, но его куда больше умиляла в сочетании с ним эта чуть встрепанная ее копна волос и выражение лица, все эмоции которого сейчас не выразила бы словами даже сама Гейл. Ему нравилось все, что выбивалось и упрямо не складывалось в образ будущей, еще одной, миссис Скамандер. Гейл была прекрасна в своих безумных пижамах, в маггловских платьишках. Или в своем, таком преисполненном важности, халате. Во всем, в чем она была его чуднОй соседкой Гейл. Говорливой, молчуньей, улыбающейся и грустной. Живой, Его Гейл. Еще одну миссис Скамандер он не очень-то желал знать. Одной было более, чем достаточно.<br /><strong>- Я так удачно произрастал в нужных кругах и понимаю, что должен сейчас похвалить платье…но мне совсем не хочется. </strong>– кается он с обезоруживающей улыбкой, <strong>- ТЫ красивая. А платье это просто платье.</strong><br />Его Гейл. Нужно было увидеть ее в белом, чтобы все внутри сорвалось куда-то в пропасть?! Словно до этого, она вовсе не готовилась к свадьбе с другим Скамандером. На которого вот теперь-то он и вправду был зол, едва ли не впервые. Только вот за что?! Он, Вилли, ведь даже вовсе не влюблен в нее. Он много времени пребывает в каком-то умилительно восторженном состоянии от это особы. Как от очаровательной его соседки, подруги, прекрасного человека. Кажется, это худший из возможных ответов…Унылое ребячество.<br />Одно из своих чувств он распознал давно и совершенно определенно. Ему не нравилась кандидатура жениха. Ал был тревожно-ответственным карьеристом. Невыносимо скучным типом. Из тех, кто всему знают цену. У них есть цена даже для времени. Они что-то там перемножают, привлекают к хитрым расчетам размер своей заработной платы и могут перевести в галлеоны, сикли и кнаты даже чаепитие с родной тетушкой. Вилли же в глазах его был неразумным чудаком, спустившим свою жизнь в уборной какой-нибудь придорожной таверны. Как скоро в это поверит Гейл? [Его Гейл.]</p> <p><span style="display: block; text-align: right"><span style="font-style: italic">- Вы с Джерри не ладите и…<br />- Мы ладили.<br />- Что?<br />- Мы ладили. В детстве.<br />- Вы сами, вообще, помните, что не поделили?<br />- Когда найдется в мире что-то, что мы пожелаем поделить,<br />это будет трогательнейший момент за всю историю нашего семейства.<br />Мы не ссорились. Мы были разными и однажды у нас не осталось <br />ни одного повода для совместного разговора.</span></span></p> <p>Его Гейл съедет отсюда. Совсем скоро. В ее квартиру заселится кто-то другой и патефон перестанет крутить пластинки. Точнее они будут звучать где-то в другом месте. Где-то, где живет Ал, - Вилли не знал точного адреса. И они будут встречаться на Рождество и другие семейные торжества в доме их, теперь частично общих, родителей. И возможно, даже в первое время она будет заскакивать иногда в Котел, где на правах хороших друзей, они будут обедать или ужинать, пока Другой Скамандер будет пропадать в своем распрекрасном Оплоте магической Британии. И возможно даже, новоиспеченные их Совместные родственники будут много выговаривать кому-то из братьев, как Странно это выглядит – тут кому повезет меньше. А потом он уедет. Да, определенно. Почему бы нет?!<br />Кажется, они молчат целую вечность и едва ли не впервые им обоим ощутимо неловко. Забавное и новое ощущение для людей, которые без зазрения совести будят друг друга в любое время и могут молчать часами. И эта неловкость выливается в нелепый хлопок, глупую попытку хоть куда-то деть руки, чтобы совсем уж по-идиотски не похлопать ее по плечу. Хлопок, подытоживающий эту сцену непроизнесенным «Ну что же».&#160; <br /><strong>- Ты станешь чудной миссис Скамандер. И узреешь во мне неудачника, это старая семейная традиция </strong>– широко улыбается он.</p> mybb@mybb.ru (Willard Scamander) Sun, 25 Apr 2021 20:05:56 +0300 http://momentoamore.rusff.me/viewtopic.php?pid=31787#p31787 http://momentoamore.rusff.me/viewtopic.php?pid=31783#p31783 <p><span style="font-style: italic"><span style="display: block; text-align: right">Там где ты, над землёй полумрак.<br />За тобой снег идёт просто так.</span></span></p> <p><span style="font-style: italic">Она сделала очередной круг по своей небольшой квартирке, повторяя имена будущих родственников, периодически сверяясь с изрядно помятым в руке пергаментом и уже всерьез была близка к тому, чтобы написать себе шпаргалки. Пластинка давно доиграла, но Скотт не обращала внимания на тишину, воцарившуюся вокруг. Даже сосед, вероятно, осознав важность момента, куда-то запропал, потому от стен отражался только ее голос. Сначала Абигейл была уверена ,в том, что понравится им, тем более, что двое Скамандеров уже на ее стороне, а потом Джерри сделал предложение и все изменилось… Теперь это были не просто родители ее парня, а будущие родственники и вот тут-то начались проблемы. И теперь она сидела в кресле невидящим взглядом, уставившись на свежеиспеченный пирог, которым планировала покорить миссис Скамендер, потому что вдруг, осознала, что в обозримом будущем в мире станет на одну миссис Скамандер больше, не без ее, Абигейл, участия…<br />- Порпентина, - на выдохе, довольно складно и, пожалуй, слегка зловещим шепотом произнесла девушка и приступила к новому испытанию: выбору платья для торжественного ужина…</span><br />Кажется, впервые в своей жизни Абигейл Скотт не могла заснуть. Перевернувшись на правый бок волшебница попыталась хоть как-то унять роящиеся в голове мысли и впечатления, который оставил за собой прошедший вечер. Сон не шел вот уже который час, перебиваясь какой-то вязкой дремотой. Не помогала и любимая фланелевая пижама, которая пусть и была слегка поношена, но и будущим родственникам демонстрироваться не собиралась. Гейл бросало то в холод, то в жар. И в конце концов, мысленно она возвращалась к тому моменту, когда за столом на против нее, оказался Уиллард Скамандер, ее Вилли… то есть, сосед… Со стоном девушка в очередной раз перевернулась и, наконец, погрузилась в долгожданный сон… Но, к сожалению, он оказался не столь долгим, как она ожидала... <br /><span style="font-style: italic">…- Я не знаю что купить Уильяму. Что он любит? Может быть квиддич? <br />Гейл любовно заворачивала подарки для родителей. Все вокруг нее уже было усыпано разноцветными яркими кульками и коробками, а один из бантов шутливо красовался в волосах волшебницы. Джерри оказался довольно старательным помощником, хотя бумагу выбирал слишком темную и, кажется, мыслями был вовсе не в крохотной квартирке в Косом.<br />- Да, конечно, квиддич, тоже не плохо… А кто такой Уильям?<br />- Я конечно знала, что делаю отличный эгг-ног, но чтобы после него забывали собственных братьев… - она шутливо делает&#160; большие глаза. И поднимается, чтобы сменить пластинку, потому что Алджернон, не смотря на все свои достоинства, немного побаивается патефона. Чтобы совершенно неожиданно оказаться в плену его объятий и заслужить поцелуй.<br />- Ты все делаешь отлично. А моего брата зовут Уилл, скоращенно от Уилларда и он не любит квиддич. Я думаю, ему подойдет шарф…<br />Для Скотт шарф казался крайне странным подарком. И она совершенно не могла предположить, какие шарфы носят Уилларды. Потому шотландка не нашла ничего шарфа в клетку и хмурясь, упаковывала его в сверток со снежинками уже в одиночестве, пока в духовке выпекался третий пирог, претендующий на звание идеального. Куда девать два предыдущих, она не представляла…</span><br />А потом на Абигейл наехал поезд. По крайней мере, когда она подскочила с кровати, ей показалось именно так. Чтобы понять где она находится требуется несколько секунд, а вот, чтобы сердце вспомнило, как это оно раньше спокойно билось в груди, уходит не меньше минуты. И все это под не прекращающуюся… музыку. Сделав над собой усилие, она все же легла обратно, накрыв голову подушку, с каждой паузой надеясь, что вот-вот наступит тишина. Время шло, тишина не наступала. Наоборот пауз становилось все меньше, а из под двери начало и вовсе задувать…<br /> Всклокоченная и сонная, она тут же плюет на все обещания, не показываться родственникам&#160; жениха в пижаме. Ей вообще перестает казаться, что люди, которым хватает остатков ума посреди ночи играть на рояле, должны быть чьими-то родственниками. Нацепив шерстяные носки, она пытается хоть как-то придать себе приличный вид, приглаживая волосы и в тех запутывается кольцо… С тихими проклятиями, Гейл выпутывает непослушные пряди, но кольца не снимает. Только не здесь…<br /><span style="font-style: italic">- Готова? Ничего не забыла?<br />- Порпентина и Ньютон Артемис Фидо Скамандер, - она вручила ему сумку, подарки и гордо выдала на одном дыхании. – Не забыла. Можем идти…<br />- Эбби, ты уверена?<br />- Конечно, уверена. Имена, подарки, одежда и пирог… Или ты считаешь, что стоит взять, тот что я испекла первым?<br />- Милая, твое кольцо, его нет…</span><br />Она все еще наивно надеялась, что неведомый музыкант, о личности которого она уже имела довольно неплохое представление почувствует, что надвигается гроза всех полуночников Абигейл Скотт и вот-вот уже сейчас закончит. А потому она все же вышла в коридор, и ее ноги не смотря на спасительные носки, обдало ощутимым сквозняком. Не придумав ничего более гениального, чем идти туда где музыка громче, шотландка наконец добрела до зала, в котором были распахнуты все окна, а раздвинутые шторы, периодически трепетали на ветру, в такт музыке. <br />Она замерла в дверях, скрестив на груди руки, только сейчас запоздало узнав в его мелодии одну из рождественских песен, что играла в ее же собственном патефоне, накануне. Эту вихрастую макушку было невозможно спутать ни с чьей другой. И не смотря на изначально членовредительские планы, она решает дослушать до конца.<br />И почему-то именно сейчас Абигейл становится жутко стыдно за тот шарф. Что не мешает ей, впрочем, не очень приветливо фыркнуть, в мизерную паузу и успеть произнести всего пару слов, оторвавшись наконец от дверного косяка и пройдя в зал.<br /><strong>- Счастливого Рождества!</strong><br />К окнам, впрочем, не подходит, опасаясь, что также превратится в сугроб, что уже намело под подоконниками. Потому останавливается возле музыкального своего соседа, совершенно не напоминая ту девушку с аккуратной прической в нарядном платье, которой была всего несколько часов назад. Но он несколько рождественских ночей назад уже видел такую картину. И вообще стыдиться здесь полагалось вовсе не ей…</p> <p><span style="font-style: italic"><span style="display: block; text-align: right">Всё это так смешано, белою мглой вдаль,<br />Всё это так снежно, всё это так жаль.</span></span></p> mybb@mybb.ru (Abigail Scott) Sun, 25 Apr 2021 20:01:24 +0300 http://momentoamore.rusff.me/viewtopic.php?pid=31783#p31783 http://momentoamore.rusff.me/viewtopic.php?pid=31778#p31778 <p><span style="display: block; text-align: right"><span style="font-size: 10px">&quot;...он просыпается внезапно, весь — доброжелательность и жажда повидать белый свет. Взваливает на плечи свою ношу. Свой и больше ничей образ жизни,<br />свой особенный финал. Финал блестящий и страшный, как и должно быть.<br />Он со спокойным сердцем принял необычайность своей судьбы, уже сорвал обертку с ее подарка — это свобода,<br />свобода просто зашибись.&quot; ©</span></span></p> <p><span style="display: block; text-align: center"></span></p> mybb@mybb.ru (Willard Scamander) Sun, 25 Apr 2021 14:47:02 +0300 http://momentoamore.rusff.me/viewtopic.php?pid=31778#p31778 http://momentoamore.rusff.me/viewtopic.php?pid=31772#p31772 <p>Смотри на нее. Это твоя сестра.<br />А ты всегда думала, что нет никого сильнее, крепче, мудрее – старше. По крайней мере, со смерти дядюшки Вилли. А ты смотри теперь на нее, такую потерянную, горячащуюся, такую… разбитую.<br />И глотай свой горький виски.<br /><strong>- Гес, -</strong> беспомощно начинаешь и тут же замолкаешь. Сестра все говорит. Гвен думает, что слова Гестии должны были бы ранить, но на самом деле все равно.<br />Гвеног Джонс слушает то, что скрывается за этими словами.<br />И это бьет ее по голове.<br />Гестия Джонс была совсем молодой, когда сломалась. И продолжает ломать сейчас, со всем упорством выпускника ало-золотого факультета. И с их же, бладжер всем в голову да по три раза, дурацкой львиной гордостью.<br />А у нее есть виски, шоколад, большая тайна еще из детства. И умение забывать, верить. Пропускать мимо ушей, что не нравится и с головой пускаться в новую авантюру. И Гвен просто отдергивает рукава рубашки, мимоходом думая, здесь же есть ее пижама?<br />Надо бы переодеться.<br />И легко соскальзывает с табурета, садится на корточки перед сестрой, кладет ладони той на колени. Смотрит, серьезно и печально.<br /><span style="font-style: italic">Что же ты делаешь, Гестия? Когда ты перестанешь себя мучить?</span><br /><strong>- Гестия, -</strong> попробуй позвать. Даже не так, тебе необходимо дозваться сестру. Пока на очередном ее аврорском рейде она не забыла обо всем – и не схлопотала шальную аваду. И даже не от этих долбанных Пожирателей Смерти, при чем тут они? Эти крысы сейчас должны прятаться подальше, сидеть тихо, как мыши под веником, лишь бы не тронули, забыли, в Азкабан не вернули.<br /><strong>- Родная, это давно все было, - </strong>смотри так уверенно, как только можешь. Сжимай ладони – пусть до боли, до синяков, но лишь бы сестра в себя пришла, и мучиться перестала. Да и мучить тоже.<br />Гвеног Джонс, а что ты можешь? Ведь это не мячики битой отбивать и не капитаном на подопечных игроков орать. Здесь дозваться надо, достучаться. Иначе потеряешь сестру.<br />Последнюю из тех, кто у тебя еще остался.<br />И потому, Гвеног Джонс, улыбайся, терпи и слушай.<br /><span style="font-style: italic">Улыбайся. </span><br />Не забывай ни на миг. Спокойно, доброжелательно – понимающе.<br />Хоть и, признайся себе, не понимаешь ни дементора.<br /><strong>- Гестия Джонс, посмотри на меня, -</strong> а тебе не смешно самой так сурово и твердо требовать чего-то от старшей сестры, опекуна и друга? Это как в детстве, как когда он отказалась от тебя <strong>– ты считаешь, что имеешь право.</strong><br />Ну и кто тут идиотка, а, Гвеног Джонс?<br /><strong>- Покой то он только и может быть, что после смерти. Как и только хорошее, и то, магглорожденные пугают каким-то странным адом, чертями и большими вилками в задницу. Но, знаешь, как-то не вдохновляет. Давай лучше живыми будем, а, сестра?</strong><br />Ей надо отвечать. Ей надо сказать что-то мудрое, но в голову лезет одна только дичь. И Гвен, скорбно скорчив жалобную (самую жалобную из всех своих возможных) моську и с отчетливым страданием в голосе заявила:<br /><strong>- Заяц, да! Заяц всегда хорошо и успокаивает. Но, кажется, сегодня он больше нужен тебе. Хочешь? Я его тебе одолжу. Только, эм, -</strong> Гвен в очередной раз покосилась на рукава тонкой рубашки. <strong>– Когда мне все мои вещи со сборов привезут. А то я как-то не подумала именно зайку взять, что понадобится.</strong><br />Угу, где уж тут. Семейные встречи, воссоединения и прочая чепуха.<br />Но улыбнись, Гвен.<br />Опять. Шире, жизнерадостнее.<br />И не замечай, что внутри хочется рыдать от сочувствия и осознания. А еще – от вины. Ты же так до сих пор и не сказала, что Рабастан Лейстрейндж когда-то спас, закрывая спиной резной шкафчик, пока убивали твоих родителей.<br />И отвечай на вопросы. Просто. И безумно легко, как будто ничего не строит.<br /><strong>- Все просто, Гес. Кирпичи у нас одинаковые, но мне Азкабан по дизайну не нравится. А местью только его построить и можно. Потому я предпочитаю строить избушку на курьих ножках, знаешь такую? Тепло и уютно. И еда всегда есть, так что, кстати. Может, поедим?</strong><br />Гвен посмотрела на сестру очень серьезно, но не выдержала и рассмеялась. После подскочила, звонко поцеловала сестру в щеку и начала рыться по шкафчикам.<br /><strong>- Что, у тебя тут снова голодный год? Может, хоть закажем у кого-нибудь что-нибудь? В Англии же можно? Я что-то забыла совсем.</strong></p> mybb@mybb.ru (Gwenog Jones) Wed, 17 Jan 2018 18:04:59 +0300 http://momentoamore.rusff.me/viewtopic.php?pid=31772#p31772 http://momentoamore.rusff.me/viewtopic.php?pid=31769#p31769 <p>На самом деле, дико хотелось спать – в глаза будто песка насыпали и хотелось вырубиться прямо тут и сейчас же. Кофе, эта замечательно бодрящая гадость, внезапно закончился, а еще надо бы выглянуть в окно, определиться, что сейчас – утро, вечер или где-то посередке? Наверное, спать стоит все же дома, а не в самом Госпитале. Потому что смены уже где-то четыре Регулус честно отрубался на неудобной узкой лавке. И дело было даже не в том, что домой не хочется (хотя, честно говоря, и в этом тоже), но еще и потому что пациентов было много. И все интересные, хотя периодами задаешься вопросом, откуда люди вообще берут столь изысканно бредовые проклятия? И как несчастные проклятые волшебники вообще после них выживают?<br />Такое ощущение, что под эгидой необъявленной войны (или ее уже официально признали? Да ну, к черту) маги начали радостно мстить всем своим врагам и недоброжелателям. Вообще любым, начиная с тех отъявленных негодяев и преступников, которые лет в пять в общей песочнице огрели неприятеля лопаткой и злостно спрятались от справедливого возмездия за маминой мантией. Вот взять, к примеру, последний случай. Несчастный человек с головой, наполовину трансфигурированной в чайник. Выглядело смешно, половина интернов прибегала с ним сфотографироваться – с щедрого разрешения самого «больного». Да Рег и сам, честно говоря, не удержался, но дело то не в этом! Добродушный бородатый дядя радостно вещал, как сосед его огрел сим замечательным проклятьем за проделки его книззла. И никакой иной реакции, наделал зверь на чужой садовой дорожке, получай сосед потенциально несовместимое с жизнью заклятье.<br />Потому что если бы трансфигурация этого неуча сработала как надо – волшебник мог просто лишиться зрения, слуха или такой малости, как возможность дышать. И пойти по простому пути, то бишь довести трансфигурацию до конца и провести обратное преобразование, оказалось совершенно невозможно. А так как улыбчивый дядька с выразительными глазами на эмалированной поверхности по нынешним меркам не являлся сложным случаем, его с легкой душой сбросили на такого «умелого» целителя как Регулус полностью. О, благослави Мерлин мадам Пи и ее милостливое разрешение понаблюдать за работой целителя в школе! Казалось бы, Хогвартс закончился, а цирк продолжается. Печально.<br />Зато сейчас можно было выпить какао и блаженно растечься по диванчику. Жаль только, какао получилось настолько переслащенным, что его хотелось тут же выплюнуть. Хотя, углеводы, калории и прочие полезные штуки сейчас как раз к месту.<br />- …Рег! Блэк, мать твою!<br />- А? Что? Не сплю, я не сплю, уже почти, сейчас совсем – крайне логично вскинулся Регулус, удачно переворачивая сладкую гадость прямо на себя. – Ну что б тебя! <br />- Ага, не спишь, вижу.<br />- Какого черта, Джекс? Чем тебя так заинтересовала моя бренная тушка, хотелось бы знать?<br />- О, маггловские словечки уже выучил, а ругаться толком еще не умеешь. Ничего, пара месяцев с нами, и мы тебя окончательно испортим.<br />- Иди ты.<br />- Уже. В общем, бука ты наша, я знаю, что ты сейчас птица свободная, но Эванс снова опаздывает. Или в принципе не явился, Мордред его знает. А в приемке очередной аврал, так что… будь другом, замени своего пропащего коллегу, ребята зашиваются. Так еще и парочка авроров снова заявилась.<br /> Регулус выразительно застонал. Авроры – это всегда втройне больше головной боли и куча лишних действий. Бравые вояки, такое ощущение, принципиально не верят целителям, искренне полагают, что сами знают, как лучше, и считают себя кем-то вроде Геракла, то есть заболеть не могут по определению. Авроры – это зло и неизбежность.<br />Вот бы они действительно никогда не болели. И не попадали под шальные заклятья. И не падали с лестниц, и вообще обходили бы Госпиталь святого Мунго десятой дорогой.<br />- Я знал, что ты согласишься! На тебе как раз одна из авроров. И не смотри на меня с таким явным обещанием авады, Блэк.</p> <p>Сунуть голову под ледяную воду, поменять мантию, убрать пятно с кофты, высушиться – вот уже и готов к моральной пытке под названием «лечение и диагностика аврора». Приемная номер три, довольно громкие голоса и быстрый опрос дежурной медсестры. Результаты, откровенно говоря, не радовали. Слепота, непонятно, временная или постоянная, травма головы, многочисленные ушибы по всему телу и множественные открытые раны разной степени тяжести. Поправка, уже залеченные эффективными, но не так чтобы уж верными в плане последствий и следов.<br />Как всегда.<br />Авроры.<br />Мерлин великий, ну почему он сразу домой не ушел? Тут ведь и не уйдешь. Как пациента-то бросить, пусть даже передав карту настоящим целителям. Профессиональное равнодушие Блэк освоить еще не успел.<br /><strong>- Сожалею, но я полностью согласен с мисс Баркер, </strong>- широкая улыбка и извиняющийся взгляд на темноволосую девушку с серьезным и суровым взглядом, видимо, и есть, тот самый аврор, оказавший первую помощь пострадавшей.<strong> – Вы можете подождать в зале для посетителей, результаты я сообщу, если мисс не будет против.</strong><br />И как хорошо, что сейчас незнакомая аврор не на поле боя. Ощущение, что обещание неминуемая кара, если больная не выйдет здоровой отсюда через пять минут полностью здоровой, гарантирована. Регулус с облегчением выдохнул и сосредоточился на оставшейся девушке.<br /><strong>- Меня зовут Регулус Блэк, имею честь представиться. Целитель-стажер, что уже должно вас радовать, ибо безнадежные случаи сразу попадают к нашим мастодонтам от медицины. А они или странные, или скучные, леди, - </strong>заболтай пациента, пока проводишь диагностику. Тон голоса спокойный, никакой лишней жизнерадостности или сочувствия. Авроры не переносят жалость, чтоб их. – <strong>Можно просто Регулус или Рег. А как к вам позволите обращаться?</strong><br />Так, несколько переломов, пара толком не закрывшихся ран, как показывает диагностическое заклинание&#160; и трещина в черепе. И повезло, что только сотрясение, нет кровоизлияний, ни ушибов мозга. И вот в таком состоянии мисс Баркер заставили сидеть в приемной, а не сразу уложили? И это уже не говоря о самом худшем. На На пустой взгляд в пустоту и смотреть было тяжело, но купировать начинающийся отек мозга важнее. В конце концов, мертвым не нужно ни зрение, ни здоровый цвет лица.<br /><strong>- Выпейте, пожалуйста,</strong> - Рег аккуратно вложил в руки девушки стакан.<strong> - Это зелье помогает при травмах головы, снижает отек мозга. Правда, буду честен, обладает не слишком приятным мочегоным эффектом, зато бонусом нормализует работу почек.</strong><br />Залечить сложные переломы и&#160; трещину после полученной за прошедшие месяцы практики ерунда, занимающая меньше пяти минут. Наложить мазь на уже закрывшиеся раны, чтобы не осталось следов, и наконец приступить к основной проблеме.<strong><br />- Сейчас будет куча глупых вопросов, но они позволят определить, насколько все серьезно, так что простите меня, милая леди, - </strong>Регулус улыбнулся.<strong> – Можете заранее пообещать, что снимите мне голову, или там, брата моего натравите. Вы же с Сириусом общаетесь, насколько я знаю?</strong><br />Да, Рег ее наконец вспомнил. Не то, чтобы его это сильно обрадовало, но зато уже есть точки соприкосновения.<strong><br />- Глаза жжет, они чешутся или болят? Руками растирали? Вы помните, какого цвета было заклинание, попавшее в глаза? – </strong>еще пара заклинаний и можно чуть-чуть расслабиться. Глазной нерв не поврежден, давление на него в пределах нормы. Значит, воздействие было непосредственно на сам хрусталик или оболочку глаза.<br />Регулус отложил палочку и начал легонько касаться области вокруг глаз.<br /><strong>- Чувствуете, как я вас касаюсь? Больно или просто прикосновения? Уже хотите дать мне в лоб?</strong></p> mybb@mybb.ru (Regulus Black) Tue, 11 Oct 2016 19:51:37 +0300 http://momentoamore.rusff.me/viewtopic.php?pid=31769#p31769 http://momentoamore.rusff.me/viewtopic.php?pid=31768#p31768 <p><strong>- Комизм -</strong> соглашается он с налетом философских раздумий в голосе, <strong>- Какое удачное слово. </strong><br /><span style="font-style: italic">Я бы поднял за него бокал, но мои руки пусты. Руки, голова, тело. Сколько мы здесь, минут двадцать?! Стоит записать в какой-нибудь смехотворный дневник наблюдений, что двадцать минут напускной беззаботности выпотрошили из меня последнее вервольфово нутро. Набейте соломой и сделайте чучело, я когда-то должен был стать важной шишкой, возможно за меня удастся выручить чуточку больше, чем обычно.</span><br />Он повторил бы нестройным эхом, с той же бутафорской уверенностью в голосе и второе слово, что относилось к нему. Только вот не произносил его, кажется, никогда. И словно, впервые услышанное, чужеродное, оно не прозвучит правильно. Он непременно произнесет его с каким-нибудь неведомым и ужасным акцентом, перепутает буквы, ударения и потеряет последние крохи выдуманной честности. А вот она, напротив, так бесхитростно права, что где-то невообразимо глубоко это даже внезапно задевает его. <br />Он заслужил. Всей хлесткой правды, ироничных ноток в ее голосе, вызова в ее горящих глазах. Заработал самым честным образом ее холодности. Самой сомнительной и жуткой своей награды.<br />И в какой-то такой беспомощной и детской своей обиде они вновь обращаются в тех, прошлых себя. Мифических, юных созданий, вероятнее всего и не существовавших вовсе. Не обраставших никогда грубой, уродливой чешуей новых, «взрослых» неудач и открытий. Сохранивших где-то под бледной кожей на саднящем срезе шестнадцать самых удачных своих годовых колец.<br />Из них двоих Хейли всегда была лучше. Дексу для того, чтобы поступить правильно требовался ряд рассуждений, и чаще всего они происходили гораздо позже, когда уже был совершен неверный выбор. Она же просто знала, как правильно. Будучи добрее и мудрее, чем десять таких «умников», как он. Но решение в тот последний раз принимал Декстер. Единственно верное решение. Потому что, если однажды он усомнится в этом, все было зря. Потому что очевидно напрасно он уверен в безгрешности своего Волка. Волк внутри него убивал. Всего двоих и горстку чаяний одного волшебного семейства, горели бы последние синим пламенем. Двоих, вот кто был важнее всего. Двое юных влюбленных, и лишь этому нет прощения.<br /><span style="font-style: italic">Эта ситуация еще кажется тебе комичной? Когда-нибудь, впав в маразм и старческую сентиментальность, я сделаю ее еще лучше, сознавшись тебе неподалеку от смертного одра во всей этой истории для очистки собственной совести. Вот уж когда мы посмеемся над ней, как никогда прежде!</span><br />Они молчат слишком долго. Чем не удачный момент, чтобы вежливо распрощаться и покинуть этот безумный вечер, спасаясь постыдным бегством. Чувство стыда не способно убить, он проверял. Но, кажется, сил на прощания, путанные извинения и уход тоже не осталось. В нем не осталось ничего. На сегодня, на ближайшую неделю и следующие полгода. Он повторил бы сейчас ее шутку с перилами и розарием, но предпочел бы там перезимовать до лучших времен, если таковые существуют в природе.<br />За все эти годы он стал превосходным лжецом, но рядом с Ней от напускной этой истерики, скомканной наспех из спокойствия и невозмутимого благодушия, ему тошно еще больше, чем от духа врачебных заклятий.<br /><strong>- Это безумие, -</strong> признается он тихо, глядя ей в глаза, спасая чахлые остатки правды. И не в силах больше жонглировать козырями из рукавов под бойкий цирковой аккомпанемент, становится в миг будничным и невзрачным. Тенью даже не успешного владельца книжной лавки, а малолетнего Декстера Кэттермоула, которому кроме значка старосты на груди, отличных оценок и хорошо подвешенного языка нечего предъявить миру, чтобы доказать свою уникальность. Мир не особо заинтересован в таких, как он. Им нечего предложить миру, кроме нарядной бутафории. За нею же чаще всего нет ничего стоящего. Уж точно ничего, что стоило бы любить. Спросить бы у Хейли когда-нибудь, что рассмотрела в том павлине она.<br /><strong>- …Довольно. –</strong> приободряется он, <strong>- В завершение этого восхитительного вечера я отчаянно желаю напиться и решительно отправляюсь грабить местные погреба. </strong><br />Он спрыгивает с перил и становится меньше, нежели был прежде, чем туда забирался. Красноречие, кажется, однажды сдохнет последним в его потрепанном организме.<br /><strong>- Буду рад предложить Биографу добавить еще пару занимательных пунктов в ее резюме. Ограбим нашего щедрого работодателя!</strong><br />Его предложение стоило бы сопроводить, хоть сколько-нибудь в этой ситуации эффектным, приглашающим жестом и предложением руки леди, но он почти уверен, что прикосновения Хейли Финч оставят ожоги, словно проклятое серебро в полнолуние. Если не обратят его в камень. Даже не в гранитное изваяние, а в смешного размера, щербатый кусок гравия. Кто знает, быть может, камень из него вышел бы лучше, чем человек?!<br />Он пройдет мимо нее, избегая ее взгляда. Откроет для нее дверь, не дожидаясь согласия или протестов, и останется там ждать ее решения, изучая не то собственные ботинки, не то медную ручку в собственных бледных пальцах.</p> mybb@mybb.ru (Dexter Cattermole) Sun, 09 Oct 2016 16:21:10 +0300 http://momentoamore.rusff.me/viewtopic.php?pid=31768#p31768 http://momentoamore.rusff.me/viewtopic.php?pid=31767#p31767 <p>Сервера с картиночками, ну оттайте, ну пожалуйста.</p> mybb@mybb.ru (Irma Black) Fri, 30 Sep 2016 03:23:31 +0300 http://momentoamore.rusff.me/viewtopic.php?pid=31767#p31767 http://momentoamore.rusff.me/viewtopic.php?pid=31766#p31766 <div class="quote-box quote-main"><blockquote><p><span style="display: block; text-align: center">&quot;<span style="font-family: Book Antiqua"><span style="font-size: 18px"><span style="color: darkred"><strong>З</strong></span></span></span>адавай глупые вопросы, получай умные ответы, папа тебя не бросит!&quot; ©</span></p></blockquote></div> mybb@mybb.ru (Severus Snape) Tue, 27 Sep 2016 23:56:06 +0300 http://momentoamore.rusff.me/viewtopic.php?pid=31766#p31766 http://momentoamore.rusff.me/viewtopic.php?pid=31764#p31764 <p>В одно мгновение Сигнус делится с матерью опасениями, надеждами, догадками, разочарованиями, а в следующее уже уверяет, что его запросы не отследить и не связать с убийством. Для простого смертного подобный переход мог бы показаться слишком резким, но откуда оным бы взяться в одной из резиденций благороднейших и древнейших? Они если и попадают сюда, то примерно в том же виде, что и мадемуазель Дюваль. <br />Сын её, тем временем, равнодушно скользнул по девице взглядом, не выказав ни отвращения, ни заинтересованности, ни сочувствия, словом, повел себя так, как и положено политику. <br /><strong>— Пожалуй, я не буду интересоваться, как скоро авроры и следователи могут явиться сюда у волшебника, успевшего поработать в отделе магического правопорядка и завести полезные знакомства,</strong> — и не только потому, что это вопрос из серии «Скольким домовым эльфам нужно отрубить головы, чтобы впредь получать чашку чая вовремя?». —<strong> Но вот о наличии грехов, которые может отпустить эта юная леди узнать хотелось бы,</strong> — задумчиво роняет женщина, вновь переводя взгляд на убитую. Провалившая задание шпионка, слишком любопытная журналистка, наконец, не в меру пылкая поклонница – кто знает, кем безликая мошенница может стать, если подать её под правильным соусом. Если уж представился случай убить нескольких пикси разом, отчего же упускать его? Холодный рассудок продолжает перебирать возможности, что могу помочь обратить происходящее на пользу её семье, пока память не подбрасывает еще одну весьма немаловажную деталь, о которой в первые мгновения она совершенно позабыла. Перчатки, платки, вуалетки, веера, а также тысячи дамских безделиц сразу же после покупки оных особым образом зачаровываются только что приобретшей их владелицей, дабы в целости и сохранности возвращаться к ней, если хозяйка имела неосторожность позабыть их. Покидать своих коллег, друзей и даже родственников приходилось порой стремительно, да и дел у главы международного сотрудничества немало. Значит, оставленные в кабинете Сигнуса вот-вот должны будут оказаться в руках ведьмы. Они и оказываются, притом с прикрепленным к ткани небольшим бумажным свертком размером с карманный томик стихов. Вот только содержимое, вряд ли являло собой нечто столь же безобидное, следовательно, реагировать Ирме пришлось незамедлительно, скорее инстинктивно, нежели осознанно. К счастью или к сожалению, материнский инстинкт полновластен и силен, сколько бы седых волос не было головах как детей, так и родителей. Причудливый закон природы, перед которым бессильны даже годы, проведенные в политике, так и не вытравившей эту искру человечности из души женщины, рожденной под покровительством двух расчетливых, опасных и полных грации хищников. Освоение беспалочковой магии было делом кропотливым, нудным и сложным, но весьма полезным. Достичь положительных результатов помогла в том числе чистая кровь, которая, кто бы что ни говорил, была весомым преимуществом в подобных областях магии. Сфера, возникла почти сразу же, как предметы оказались в руках женщины, окружив загадочный презент чарами, на подобии щитовых. Только эти поглощали не только заклинания, но и не пропускали также объекты материальные. Что могло быть внутри, а также что именно с этим делать, обо всем этом можно только догадываться.<br /><strong>— Не припоминаешь среди наших обычных завистников тех, кто захотел бы учинить бунт?</strong> — посягнуть на королевскую особу вассалы могли лишь в одном случае – если почувствуют, что их король слаб и немощен. Это-то и было странно, ведь Блэки все еще были достаточно сильны – благороднейшие и древнейшие, а также их ближайшие родственники, занимают несколько ключевых постов не только в Министерстве, но и в других областях, которые напрямую влияют на выгодный чистокровным аристократам политический курс. <strong>— Не переходил ли ты дорогу тому, кто мог обидеться больше остальных? </strong>— возможно, цель всех этих манипуляций Сигнус, а вовсе не она. <strong>— На работе, быть может?</strong> —миссис Блэк сощуривается и иронично уточняет: <strong>— Или за её пределами?</strong> — если её сын похитил кого-то, то пусть девица будет хотя бы вдвое прекраснее, чем Елена Спартанская. Иначе без нравоучений не обойдется.</p> mybb@mybb.ru (Irma Black) Mon, 19 Sep 2016 20:32:50 +0300 http://momentoamore.rusff.me/viewtopic.php?pid=31764#p31764 http://momentoamore.rusff.me/viewtopic.php?pid=31763#p31763 <p><span style="font-style: italic"><span style="display: block; text-align: center">Where can you run when the war is in your heart?</span></span></p> <p><span style="font-style: italic">…Это были сборища. По-другому Гес категорически отказывалась называть собрания, на которые ее обязали ходить в аврорате. Собрания, которые должны были помочь пережить смерть. <br />Там была дама, потерявшая супруга от какой-то болезни. Мужчина, у которого умер брат. Пожилая пара. Еще две волшебницы, которые, кажется, плакали не прекращая. И она. Самая молодая. Девчонка, душа которой поседела за одно утро. <br />Ей надо было прослушать необходимое количество часов, чтобы ее допустили до оперативной работы. <br />- Мисс Джонс, задержитесь!<br />Ей казалось, что следом прозвучит что-то про пять очков с Гриффиндора. Но она уже давно была не в Хогвартсе.<br />- Вы исправно ходите, но совсем не участвуете, знайте, тут Вам помогут. Сначала будет непривычно. Да, Вы будете чувствовать себя по-дурацки, но слова могут исцелить и дать силу, - проводившая эти сборища колдомедик из Мунго просто излучала воодушевление. Что само по себе, казалось здесь совершенно извращенным и отталкивающим, если бы вдруг Гес вздумала принимать эти сборища всерьез. <br />-Позже, наедине с собой, просто произнесите вслух: «Я – сирота».<br />Эту женщину захотелось ударить. Без всякого применения магии.<br />- Это все? Если я это сделаю, вы подпишите мой допуск?<br />- Поверьте, Вам, кажется, что вы первый человек переживающий подобное, но…<br />- Я могу быть свободна?<br />Слово «сирота» Гес ненавидела всей душой…</span></p> <p>Когда в комнате воцарилась недолгая, вязкая и отвратительная тишина, которая бывает лишь перед грозой, Гестия уже знает чего ожидать. Она всегда была на редкость разумной девушкой. Но от того полынная горечь никуда не исчезнет с неба и каждое слово произнесенное Мариной, а секундой позже Уиллардом, хлесткие и возможно нужные кому-то, не пощечинами по щекам, а ударами в спину. И Гестия Джонс впервые с дня похорон вжимает голову в плечи и почти что съежится на своем месте. Не поднимет взгляд ни на одного из них. Воздух не выбит из легких, напротив, дышится сейчас легче обычного…<br /><span style="font-style: italic">Если желаешь о честности, Марина, я могла бы тебе рассказать многое. Твоя честность, которая должна бы обезоружить, против моей. Желаешь?</span><br />Про двух девчонок оставшихся одних. Еще недавно я спорила с матерью о чем-то, срывая голос, потому что знала, что была права. Я ведь права во всем. И отстаиваю свою точку зрения до последнего. Отстаивала. Сейчас же я готова оказаться неправой во всем на этом клятом свете, лишь бы у нас было с ней еще время, еще один спор, пожелание хорошего дня, что угодно. <br />Если о четности, то первое время, мне казалось, что я и вовсе осталась одна. Совершенно одна, а все вокруг картонные людишки, которые почему-то продолжили себе жить, как ни в чем не бывало. От того, что не стало двух самых лучших на Земле людей, их мир почем-то не пошатнулся, а мой рухнул и эти руины сейчас догорают. Про честность бы зеркалам, перед которыми я тренировалась изображать вежливую улыбку, тем же самым, перед которыми так часто смывала кровь, иногда свою, иногда чужую, это как повезет. <br />Я же в глубине души верила, что осталась одна, но заливала эту странную, чумную почти веру, иногда огневиски, но сейчас все чаще дешевым портвейном. Гестия Джонс гордая молодая волшебница, пришедшая просить помощи. <br />И не будет у нее вовсе никаких оправданий для несчастных родственников. Им они вовсе не нужны, хоть на это направлено каждое их слово. Словно волшебные палочки в руках врагов, того и гляди появится зеленый луч. Или он уже ударил, а она все живет по инерции?..<br />Но оправдания, они нужны были лишь слабакам. Гес всегда казалось, что Уиллард и Марина смогут понять ее. И что никогда бы аврор не пошла на такой шаг, если бы не была уверена, что это единственное не верное даже, а возможное, что можно сделать для них с Гвеног. Пусть со стороны это больше всего походит на самую великую на свете подлость, но Нэрны. Они ее знали. Единственные кто мог поддержать, кого можно было называть своей семьей.<br />И губы волшебницы тронет горькая улыбка, больше напоминающая гримасу боли, но родственники вряд ли могут заметить, ведь она практически уткнулась лицом в столешницу и не поднимала головы все то время, что они методично пытались воззвать к ее разуму.<br />И то, что давило на плечи, наконец, исчезнет, как и гримаса с лица Гес. Она вновь поднимает голову и вздергивает подбородок, она готова к каждому удару. <br />Она и в этот раз оказалась права, и сейчас какое-то странное торжество, помешанное на злости разливается по венам. Ведь Гестия Джонс действительно осталась совсем одна. <br /><span style="font-style: italic">И это не слепая вера, а уверенность, которую вы мне подарили, за что бы поблагодарить, вот только колючий ком в груди не позволяет.<br />Ты все еще хочешь о честности, Марина? Сомневаюсь.</span><br />Больше всего сейчас хочется, забрать Гвеног и покинуть этот гостеприимный домик навсегда. Но не в ее правилах было сбегать, она всегда принимала бой. Вот только что-то подсказывало, что выигравшие тут будут едва ли.<br /><strong>- Достаточно! Хватит о преступлениях, зонтиках и не надо никому рвать душу. Гвеног и без того достаточно пострадала! А я… Это было глупо и недостойно взрослого человека. И чтобы мы и дальше могли смотреть друг другу в глаза, мне стоит это убрать. </strong><br />Она будет смотреть ровно,&#160; прямо и теперь уже не отведет серьезного взгляда малахитовых глаз. Соберет проклятые пергаменты и уберет в карман. Докажет, что ей вовсе не больно сейчас. Что все эти невысказанные воззвания возымели силу. Раскусили бедную запутавшуюся сиротку и вернули на истинный путь. Ведь что может быть приятней указать дорогу заблудившейся. <span style="font-style: italic">Вот только что вы на самом деле знаете обо мне? Ах, да, вы же знаете, что я чувствую…</span><br />Я бы могла заметить полный отчаяния взгляд Марины, тени, что пролегли под ее глазами. Отголоски неясной тревоги, что порой возникали на улыбчивом лице Уилларда. И мне действительно есть до этого дело, вот только вряд ли сейчас я бы стала интересоваться. <br /><span style="font-style: italic">Моих родителей не стало той весенней ночью. Моей семьи не стало сегодня.</span></p> <p><span style="font-style: italic"><span style="display: block; text-align: center">How can you fight when you're drowning in the darkness?</span></span><br /><span style="font-style: italic">…Пройдет всего месяц, когда она снова будет оттирать кровь перед тем самым зеркалом. Чужую. Ей сегодня повезло? Едва ли. Как и той семье, что погибла, всего лишь из-за того, что они решили вместе выбраться за покупками. И это зрелище снова и снова возникало перед глазами…<br />- Я – сирота, - голос сбивается, чтобы окрепнуть через секунду. – Я – сирота! Чертова сирота!<br />Она сорвется на отчаянный крик, который в этом доме некому слышать. Потому что Гвеног теперь живет с Уиллардом. В том доме некому кричать и не плакать даже, а выть. В том доме она счастлива.<br />Этим же вечером Гес снова окажется в порту, вот только ко всей этой безумной компании не пойдет. Те же были слишком увлечены очередной дележкой сомнительных средств, чтобы заметить, как появилась и тут же исчезла их новоявленная соучастница. Джонс же пойдет вдоль воды к тому, кто, кажется, был кукловодом всего, что творилось в этих доках.<br />- Синеглазый, - произнесет вместо приветствия, а на губах останется морская соль…</span></p> mybb@mybb.ru (Hestia Jones) Sat, 16 Jul 2016 20:36:09 +0300 http://momentoamore.rusff.me/viewtopic.php?pid=31763#p31763 http://momentoamore.rusff.me/viewtopic.php?pid=31759#p31759 <p><span style="font-style: italic">Чашка с горячим чаем опускается на стол и выдает свое волнение чередой суетливых кругов.<br />- Прости, я не должен спрашивать, но я однажды сгорю от любопытства и будешь ты дежурить с горкой тлеющих и неудовлетворенных углей.<br />Андромеда смеется. Негромко, но искренне.<br />- Как ты решилась тогда? <br />Почему-то, даже спустя много лет, она безошибочно понимает, о чем пойдет речь. Забавно, что столько лет спустя, кому-то еще интересна история влюбленной девчонки. Забавно, что время сотворило из этого целый подвиг. Едва ли не благородный, и дикий в своей иррациональности.<br />- У тебя было все и..!<br />- Что? - иронично ведет бровью Андромеда. - Деньги?<br />- Деньги трудно, но можно заработать, - отмахивается ее ночной собеседник, - Все. – настаивает он, волею случая имея вполне объективные представления о мире старинных магических семейств, в отличии от глупых медсестричек, которые сочиняли о ней удушливо романтичные сплетни в семидесятые. - …Блэки - могущественный род..!<br />- И посмотри, что от них осталось! - гневно перебивает Андромеда. - Регулус мертв, Сириус и Беллатрикс в Азкабане...и я не знаю, какая из участей хуже. Если это расплата за могущество и блага рода Блэк, нет несчастней семейства.<br />- Так ты сбежала от родового проклятья?<br />Она бы вскинула гневный и гордый взор в былые времена, но сейчас ее максимализм доживает свое почтенным пенсионером. Она уставится в одну точку и улыбнется какой-то потусторонней безумной улыбкой.<br />- От него нельзя сбежать...<br />Она конечно будет шутить. Но она будет ждать своей кары.</span></p> <p>Славный мальчишка, младший, ее любимчик. Смышлёный не по годам. Он еще в раннем детстве научился не спорить. И порой был мудрее их всех. Должным образом он научился принимать как данность любые обстоятельства и мнения.<br />Андромеда перестала существовать, как такие же авантюристы до нее. О них не вспоминали, о них не говорили. Не произносили их имен. Карали забвением, холодным и бездушным. Оно порой страшнее ненависти.<br />Она была удивлена его выбору. Но так и не смогла определиться, приятно ли. Казалось бы, наконец перестали склонять в этих стенах проклятую фамилию, к которой она уже давно не имела ни какого-либо отношения, ни уж подавно каких-либо притязаний. Не хватало ей новой волны интереса к диковинному аттракциону – Блэки-альтруисты. Впрочем, возможно, она слишком много о себе думает и переоценивает общественный интерес к вывалившимся на всеобщее обозрение скелетам далеких им семейств.<br />Она не ждала горячих объятий, и не ждала презрения. Она столь прозорливо не ждала ничего. И ровно Ничего и произошло с обоюдно позабытыми родственниками. Это Ничего кротко кольнуло самолюбие и было в лучших традициях принято за должное. Но на пару секунд она была заворожена тем, каким он стал.<br />За пару недель ее тихие восторги и удивление забылись. Забылись вместе с робким волнением, что однажды она заиграется в их Не_знакомство и внезапно он обрушит на нее некоторое количество воспитания Вальбурги, достаточное для того, чтобы потешить местных зевак. И она даже решила для себя, что не даст тогда спуску мальчишке. Это так в духе его_лишь_теперь_семьи, когда воевать проще, чем проявлять что-то более миролюбивое и мудрое. Но забылись и эти смехотворные планы не случившихся сражений. <br />Он просто был здесь. И благо, был все так же мудр и выше всех этих склок и неврастеничных методов доказывать всем и вся что-либо. А она не ранимая фиалка, чтобы зачахнуть от равнодушия. Они сработаются. <br />Потому его появление она тактично оставит без внимания. Не станет смущать взглядом и докучать вниманием. Но поднимет свой решительно внимательный взор, едва он направится к ней. И пару секунд потомит молчанием, после его приветствия. Пока в глазах не сверкнет теплотой хитрая улыбка.<br /><strong>- Да оно разговаривает! -</strong> не зло дразнит она Регулуса. Принимает апельсин и подбрасывает его вверх, чтобы поймать двумя руками. <strong>- Так сильно изменилась? -</strong>закусывает она нижнюю губу.</p> mybb@mybb.ru (Andromeda Tonks) Mon, 16 May 2016 16:27:25 +0300 http://momentoamore.rusff.me/viewtopic.php?pid=31759#p31759 http://momentoamore.rusff.me/viewtopic.php?pid=31727#p31727 <p><a href="http://www.e1.ru/news/spool/news_id-438034.html" rel="nofollow" target="_blank">http://www.e1.ru/news/spool/news_id-438034.html</a> Это что, шутка?</p> mybb@mybb.ru (Sebastian Selwyn) Wed, 10 Feb 2016 21:38:59 +0300 http://momentoamore.rusff.me/viewtopic.php?pid=31727#p31727 http://momentoamore.rusff.me/viewtopic.php?pid=31726#p31726 <p>Любимого сына и все его ипостаси поздравляю с Днем Рождения! :3</p> <p>Желаю Вам море реальной Любви, которая есть самая мощная в мире сила (как говорил один долькозависимый профессор!). Чтобы вас окружали добрые, творческие люди, а на неадекватных просто не обращать внимания. Расширяйте свой географический кругозор, поскольку ни один виртуальный проект не заменит радость реального путешествия. Будьте на позитиве, возлюбленный сын, и пусть ваша жизнь будет наполнена яркими впечатлениями!</p> mybb@mybb.ru (Walburga Black) Wed, 10 Feb 2016 19:56:47 +0300 http://momentoamore.rusff.me/viewtopic.php?pid=31726#p31726 http://momentoamore.rusff.me/viewtopic.php?pid=31718#p31718 <p><em class="bbuline">Андерсен. Жизнь без любви</em><br />История с Тенью меня заворожила, но там ведь еще Ряяядинский ^____^</p> mybb@mybb.ru (Elspeth Abbot) Sat, 30 Jan 2016 16:25:22 +0300 http://momentoamore.rusff.me/viewtopic.php?pid=31718#p31718 http://momentoamore.rusff.me/viewtopic.php?pid=31543#p31543 <p><span style="font-size: 1px">.</span><br />&#160; &#160; Их крайне занимательная беседа угасает мучительно, словно зверь, попавший под заклятие в недобрый час. Орион наблюдает за ней с равнодушием не самого ярого любителя охоты, скорее просто из чувства долга. Не может же он аппарировать отсюда, оставив кузена в гордом одиночестве. Вместо этого Орион слушает последний его аргумент: о том, что он будет пахать как проклятый.<br />&#160; &#160; Это вызывает у него лишь усмешку. Удивил, кузен. То, что ему предстоит пахать как проклятому, для Ориона не секрет, но вовсе не оттого, что он возьмет в жены Вальбургу. Вальбурга, наоборот, скорее разбавит его порой весьма серые рабочие будни своими скандалами, мнениями и прочими прелестями супружеской жизни. С какой-нибудь блеклой дамой ему быстро наскучит. С Вальбургой же не будет ни минуты на тоску и прокрастинацию. А работать — работать придется тяжко и много в любом случае. Таким его воспитал Арктурус, и Орион готов на все, чтобы доказать ему, что достоин такого воспитания.<br />&#160; &#160; <strong> — Рога бывают у святых семьянинов,</strong> — задумчиво бросает Орион скорее сам себе, чем Сигнусу.<strong> — И у маггловских чертей.</strong><br />&#160; &#160; Кто именно из них он — время покажет. К святым семьянинам ему пока что причислять себя рано, к маггловским чертям — не слишком статусно. До дьявола ему еще расти и расти. Орион морщится, глядя на то, как Сигнус опускает на столик треснувший бокал, и ничего не говорит. Он уже сделал свой выбор. В отличие от многих, Орион всегда считал, что любой расклад сможет повернуть в свою сторону. Даже если дама не та, даже если дети не те, даже если все будет не то — он устроит все надлежащим образом.<br />&#160; &#160; Тем паче, что дама — та.<br />&#160; &#160; <strong> — До встречи, Сигнус,</strong> — спокойно прощается он с кузеном, будто и не было их утомительного разговора.<br />&#160; &#160; Будто все слова Сигнуса канули в Лету столь же быстро, сколь покинули его рот. Они оба остаются при своем мнении, и Орион уверен, они оба это знают. Сигнус не получил того, чего хотел, от Вальбурги, не получил и от Ориона. К кому он пойдет следующим, если пойдет? Орион пытается просчитать стратегию кузена, затем бросает эту затею. Вызывает домового эльфа щелчком пальцев, небрежно машет рукой в сторону треснувшего стакана. Вряд ли кузен пойдет так далеко. Несподручно ему будет рушить их дружбу. Да и отношения с сестрой — тоже. А значит, можно не волноваться ни о сегодняшнем разговоре, ни о треснувшем стакане, ни о том, будет ли свадьба или нет. Свадьба — будет.<br />&#160; &#160; Для мелких неприятностей, в самом деле, есть Reparo.</p> mybb@mybb.ru (Orion Black) Wed, 23 Dec 2015 21:31:09 +0300 http://momentoamore.rusff.me/viewtopic.php?pid=31543#p31543 http://momentoamore.rusff.me/viewtopic.php?pid=31539#p31539 <p><span style="font-size: 1px">.</span><br />&#160; &#160; Буря миновала, и последние раскаты грома нежным — «нежным» — голосом жены звучат в ушах Ориона. Это расслабляет, хотя он никогда не расслабляется до конца: как можно в доме Блэков, в самом сердце Англии позволить себе такую роскошь. Спокойствие Ориона ничуть не меняет его в лице, с годами он становится как отец — практически вечным, незыблемым, всегда одинаково невозмутимым. Семейное достояние, если хотите. А при нем огнем пылает, искрится Вальбурга, и неровные тени бегут по его спокойному лицу.<br />&#160; &#160; Она не скрывает сожаления в голосе, но они говорили этот разговор уж много раз, и всегда с одним и тем же исходом: Вальбурга вздыхает, сожалеет, сердится, а Орион стоит на своем. Раз сказал, что нет, значит, нет. Если не может, значит, не может; но сколь редко встречается то, что ему не под силу. Верно, поэтому Вальбурга не настаивает. А может, еще почему. Орион смеется ее словам, качая головой.<br />&#160; &#160; <strong> — Со стороны инквизиции это было бы большой ошибкой — явиться за мной сюда лично,</strong> — едва слышно и скорее под нос себе, чем супруге отвечает он.<br />&#160; &#160; Орион в том возрасте, когда уже ничего не страшно, но не из-за необоснованной мальчишеской самоуверенности, а потому что уже все было. Были и потопы, и пожары, и своя инквизиция тоже была, и в шутке Вальбурги он не слышит ничего, что угрожает его покою в стенах собственного кабинета. Хотя в одном супруга права: ему бы и впрямь стоило выбраться отсюда хоть куда-нибудь. Желательно, на другой континент. Ему нужно путешествие. Не сейчас, но чуть позже, когда страсти улягутся — ему нужно путешествие.<br />&#160; &#160; Орион кивает: он учтет. В том, что Регулус попадет на тот — тот самый — факультет, Орион не сомневается ни на йоту. Сириус — душа бунтаря, но Регулус — не бунтарь, он зверь иного толка, и лишь время покажет, лучшего или худшего, чем его старший брат. На всякий случай Орион в деталях запоминает слова супруги, буде та через год придет к нему в кабинет с такой же сокрушительной вестью. Что тогда ему потребуется сделать, чтобы удержать ее? Словами там уже будет не обойтись.<br />&#160; &#160; <strong> — Будет вам артефакт, миледи,</strong> — задумчиво говорит Орион, ловя ее улыбку взглядом.<br />&#160; &#160; Ах, сколько власти в одной этой ее улыбке над ним, и сколько сил занимает у него противостоять ей. Орион выпускает Вальбургу из объятий, напоследок проводя руками по ее плечам, прежде чем отпустить совсем. У них дела. У него — свои, у нее — свои, и им не стоит друг друга задерживать. Буйную идейность супруги он перенаправил в нужное или, во всяком случае, более безопасное русло, на этом можно и остановиться. Теперь его вновь ждут бумаги. Бумаги, бумаги, бумаги. А потом, быть может, он припомнит Вальбурге эту ее улыбку ввечеру.<br />&#160; &#160; <strong> — Будет вам артефакт,</strong> — нараспев негромко повторяет Орион, обходя стол и открывая его бесчисленные шкафчики.<br />&#160; &#160; Откуда-то показываются бумаги. Где-то лежат какие-то камни, где-то — игральные кости с разным количеством граней, деревянные кубы с рунами, мешочки с Мерлин его знает чем, и еще множество различных безделушек, каждая из которых носит за простотой внешнего вида длинную историю владельцев, порой весьма печальную. Но среди них Орион ищет вещицу вполне определенную, а наткнувшись на нее, бережно вынимает на свет.<br />&#160; &#160; Витиеватая кельтская штучка поблескивает грубым металлом на руке Ориона, когда он показывает ее Вальбурге. На этот артефакт у него есть подробный паспорт с описанием всех свойств, но сейчас он не утруждает себя его поисками. Вместо этого, продемонстрировав брошь супруге, Орион подходит к ней и аккуратно цепляет украшение на ткань. От кельтского узора веет холодком: артефакт несильный, но действенный. Оказывает успокаивающий эффект, параллельно слегка расслабляя нервную систему — все эффекты накапливаются.<br />&#160; &#160; <strong> — Практически то же самое, как если бы я был рядом с Вами.</strong></p><div class="quote-box spoiler-box"><div onclick="$(this).toggleClass('visible'); $(this).next().toggleClass('visible');">брошь</div><blockquote><p><span style="display: block; text-align: center"><img class="postimg" loading="lazy" src="https://s-media-cache-ak0.pinimg.com/236x/63/c0/1b/63c01b73db829f2532636042d8ef1466.jpg" alt="https://s-media-cache-ak0.pinimg.com/236x/63/c0/1b/63c01b73db829f2532636042d8ef1466.jpg" /></span></p></blockquote></div> mybb@mybb.ru (Orion Black) Wed, 23 Dec 2015 17:54:10 +0300 http://momentoamore.rusff.me/viewtopic.php?pid=31539#p31539 http://momentoamore.rusff.me/viewtopic.php?pid=31408#p31408 <div class="quote-box spoiler-box"><div onclick="$(this).toggleClass('visible'); $(this).next().toggleClass('visible');">Все любят tumblr. И порой стартовая страница tumblr отвечает нам взаимностью и <del>любит</del> взрывает мозг.</div><blockquote><p>Да, это Спок из Стар Трека (кто не знает, есть такая популярная научно-фантастическая медиафраншиза) на единороге.<br /><img class="postimg" loading="lazy" src="http://s3.uploads.ru/h9lzV.jpg" alt="http://s3.uploads.ru/h9lzV.jpg" /></p> <p>А это просто Королевы Тьмы из ouat. Заставка доставила в свое время))<br /><img class="postimg" loading="lazy" src="http://s3.uploads.ru/eSkxo.jpg" alt="http://s3.uploads.ru/eSkxo.jpg" /></p> <p>Ну а это без комментариев пожалуй))<br /><img class="postimg" loading="lazy" src="http://s3.uploads.ru/K8hW4.jpg" alt="http://s3.uploads.ru/K8hW4.jpg" /></p></blockquote></div> mybb@mybb.ru (Irma Black) Fri, 11 Dec 2015 15:07:37 +0300 http://momentoamore.rusff.me/viewtopic.php?pid=31408#p31408